Блог писателя. И этим всё сказано. Никакой коммерции, попытки втянуть в финансовую пирамиду или рассказов о безоблачном счастье Интернет-бомжа. Творчество и ничего кроме.

Глава 23

Заг проснулся от ужасающего шума, который многократно превосходил вчерашнее ликование по поводу возвращения Ранола.
- Вы всё никак не уймётесь? - скривился он в улыбке, увидев голосящих соотечественников у своего шатра.
Те скорбно посмотрели на него, и начальник понял, что в клан пришла большая беда.
- Что случилось?
- Вождь пропал.
Анимал облегчённо вздохнул:
- А я уж думал, что случилось непоправимое.
- Вместе с ним исчезли оба чужестранца: безликий и техноска.
- Это уже будет значительно серьёзнее.
- Мы тоже так считаем, - рассудительно ответили граждане. - Похоже, они были заодно.
- Вы о чём?
- Они похитили Ранола.
Больше бреда нельзя было придумать: хрупкая девушка и субтильный парень под покровом ночи напали на мужчину, который не первый год доказывает своё превосходство, сражаясь с сильнейшими особями клана.
- На лицо все симптомы массового психоза, - вслух произнёс Заг. - Даже если предположить это безумие, то куда они его дели?
- Увезли на корабле. Теперь нам понятно, почему Нотр выпросил этот участок. Он послужил плацдармом для вероломного нападения, точечный удар, так сказать. Враги лишили нас лидера, и мы находимся в подавленном состоянии. Род клан уже подготавливает документ о сдаче клана на милость супостату.
- Ох уж эти штрейкбрехеры, - анимал закатил глаза к небу. - Только и думают, чтобы развалить нашу страну. Саботируйте их собрание, кусайте за ляжки, кидайтесь экскрементами собственного производства, словом, делайте что угодно, только не позволяйте им отправить эту глупость по международной почте.
Начальник знал, что будет в противном случае. Только круглый дурак или предельно честный гуманоид, которые в нынешние нелёгкие времена стали синонимами, отказался бы от того, что плывёт прямо в руки. Раз клан добровольно сдаётся, значит, он слаб, поэтому надо первыми заявить о своей причастности к их бедам, чтобы этого не сделали оппоненты.
- Я так и думал, что эти мистические исчезновения до добра не доведут, - произнёс Заг. - Это всё из-за Нраку.
Все соотечественники разом потеряли способность адекватно мыслить, поэтому часть примкнула к Роду клана, некоторые шумели на улицах, моля небо скорее забрать их души, а наиболее отчаянные отправились к отверженным, жившим в труднодоступной горной местности. Им почему-то казалось, что последние, активно превращающиеся в людей, простят их и примут как родных.
- Предатели, идиоты и трусы! - окрестил их анимал и отправился на поиски улик.
От корабля на злаковом поле остались только следы измятой растительности, в шатре Ранола тоже не оказалось зацепок, зато во временном жилище Сиваны нашёлся тот самый коммутатор, по которому она связывалась с Пиренгом.
“Чудная штука, - подивился начальник, - хорошо ещё, что только несколько кнопок. Разберусь методом научного тыка”.
Со второй попытки ему удалось связаться с юным монархом, который до глубины души был удивлён, когда вместо миловидной барышни увидел волосатую морду.
- Я, конечно, слышал, что с утра женщины без макияжа и выглядят отвратительно, но даже не предполагал, что вы тоже страдаете от чрезмерной растительности на лице, - присвистнул он.
- Кто ты такой? - пробасил Заг.
- Сивана, что у вас с голосом?
- Она исчезла.
- Куда? Кстати, с кем имею честь разговаривать?
- Сначала ответь на мой вопрос.
- Пиренг, правитель империи техносов, - скромно представился мальчик.
- А я думал, что там на троне сидит бездушный старик, который на старости лет произвёл на свет имбецила.
- У вас устаревшие сведения. Матис временно недоступен, а вы разговариваете как раз с его недалёким сыном.
Смущённый Заг попытался исправить ситуацию:
- Извини, я не думал, что это ты. Просто совсем не похож.
- Ничего страшного, - миролюбиво улыбнулся ребёнок. - Я уже привык, что у каждого свои представления о недоразвитости. Ну, а что с Сиваной?
- Это не телефонный разговор.
- А это и не телефон.
- Всё равно, надо бы встретиться.
- Хорошо, буду ждать вас у меня во дворце. Адрес знаете? - Пиренг весь искрился от счастья.
По совету архивариуса он сделал ролик о своих достижениях, и результат не заставил себя ждать. Глаза отца загорелись, и мужчина клятвенно пообещал, что не умрёт до тех пор, пока не увидит Таррика, чтобы объявить ему устную благодарность за сына и наградить чем-нибудь ценным.
- Как ты думаешь, что подарить? - спросил император.
- Он всегда говорил, что счастье не купишь, - глубокомысленно ответил сын, - но мы что-нибудь придумаем. А ты пока поправляйся.
Анимал внимательно посмотрел на дисплей и ответил:
- Нет, уж лучше вы к нам.
- Не могу, ибо не на кого оставить империю.
- У меня та же проблема.
- Постойте, вы Ранол?
- Нет, я Заг, всего лишь начальник иммиграционной службы. Но наш вождь исчез, поэтому я тут за главного.
- А как же Род клана?
Мужчина открыл рот от удивления. Тот, кого он неосмотрительно назвал имбецилом, разбирался в государственном устройстве лучше, чем местные жители, которые, несмотря на все старания просвещённого Ранола, продолжали закусывать книгами вместо того, чтобы их читать.
- Эти негодяи хотят сдать страну на милость врагам.
- И кого они зачислили в супостаты?
- В том-то и дело, что всех. Они собираются разослать такое письмо всем соседям. Сами, - после долгого раздумья собеседник решил обращаться к юному монарху на вы, - понимаете, что из этого выйдет.
Пиренг на мгновение задумался, а потом расплылся в улыбке. В его голову пришла дерзкая мысль.
- Насколько я понимаю, у вас нет спутниковой связи. Стало быть, эти депеши будут рассылаться старинным дедовским способом. Через эмиссара, верно?
Заг кивнул.
- Скажите, только честно. Вы уважаемый член общества?
- Вполне.
- Могу ли я предположить, что вас могут послать в качестве эмиссара?
- Да, но я не допускаю мысли о том, что данный документ будет составлен.
- Хотите убить идею на корню? - улыбнулся ребёнок. - Напрасно! Если они хотят сдаться на милость врагу, нельзя препятствовать этому стыдливому порыву. Надо только правильно выбрать супостата, чтобы потом не было мучительно стыдно за метрополию.
Анимал уже хотел возразить, как юный монарх тоном, исключающим всякое ослушание, начал сообщать свой гениальный план. Он предлагал собеседнику спешить в Род клана, чтобы выступить с законодательной инициативой.
Документ должен быть не слишком сложным (ведь это всего лишь сдача себя с потрохами врагу), но с двумя обязательными условиями. Первое должно предусматривать не параллельный, а последовательный характер подачи эмиссаром этой бумаги, притом правитель другой страны должен собственноручно подписаться, что он отказывается от притязаний со своей стороны. Второе же давало возможность расторгнуть договор по обоюдному согласию.
- Вы поедите в нашу страну, мы обсудим исчезновение Сиваны, и по долгу службы я подмахну ваш документ, - улыбнулся Пиренг. - А когда всё закончится, вы проведёте референдум, узнаете общественное мнение и в случае положительного ответа (к тому времени граждане осознают, что добровольно отдали родину, и одумаются) выступите с предложением вернуться к состоянию статус-кво. Со своей стороны я гарантирую, что возражений не будет.
Заг с упоением слушал собеседника. Его речь казалась смесью пения прекрасной птицы и сладкой сказки из детства, когда главные герои в конце жили долго и счастливо.
- И вы всё это придумали за минуту? - восторженно спросил начальник.
- Иногда на меня находит вдохновение, - ребёнок скромно потупил взор.
Впрочем, он и сам чувствовал, что с каждым мгновением набирается как физических, так и умственных сил. Похоже, Таррик своим уникальным подходом открыл потаённые ресурсы организма, которые теперь били ключом.
- Торопитесь, у вас ещё будет время похвалить меня, - улыбнулся юный монарх и окончил беседу.
Мужчина послушался его совета и буквально влетел на заседание Рода клана. Его постоянные члены были крайне удивлены, когда ярый сторонник вождя вдруг предложил не только составить документ о сдаче государства, но и собственноручно доставить его до каждой стороны.
- Вы в своём уме? - спрашивали анималы, лояльные к правителю. - Мы же превратимся в колонию. Неужели недостаточно прошлого опыта? Тогда нас топтали соотечественники, а теперь сюда приедут чуждые нам гуманоиды.
- Лучше сдаться на милость цивилизованным расам, чем жить в хаосе. Давайте голосовать, - предложил Заг.
Это был, пожалуй, первый случай в истории данного органа власти, когда им управляла личность, не входившая в него. Начальник иммиграционной службы, получив официальный документ, не стал отвечать на оскорбления со стороны бывших соратников, а скорее поспешил в путь. Правда, что пешим ходом, что на скакуне это было непростительно долго для планеты, которая уже не первое десятилетие жила в сумасшедшем ритме.
“Ради достижения успеха придётся воспользоваться достижениями НТП, НТР и прочих аббревиатур, - подумал анимал, - а то эти ренегаты умудрятся составить ещё одну бумагу и отправят её ближайшим соседям”.
Едва на дисплее появилось лицо мальчика с приветливой улыбкой, как мужчина затарахтел:
- Здравствуйте! Не могли бы вы вернуть корабль на прежнее место.
Пиренг удивился:
- Насколько мне известно, на нём прилетела Сивана. Стало быть, судно должно находиться на вашей территории.
- Оно исчезло. Я предполагаю, что на нём улетел другой чужеземец.
- А вы гостеприимный народ, - усмехнулся ребёнок. - Хорошо, назовите координаты, я пошлю туда транспорт.
Получив необходимые сведения, юный монарх сверился с цифровой картой и спросил:
- Неужели прямо на злаковое поле?
- Как вы это узнали, находясь на таком огромном расстоянии от меня?
- Техносы и не на такое способны. Ждите!
Корабль прибыл в назначенное время и приземлился точно там же, где и предыдущий.
- Император велел быть аккуратным с вашей природой и не мять посевы культуры, - пояснил пилот.
Заг только развёл руками. Всё это время старики рассказывали о бессердечных гуманоидах, которые сожгли поселение подчистую, когда поняли, что здесь нет материальных ресурсов и мародёрство не состоится. Прагматичные иноземцы не могли понять, что ценность этих земель заключается в благоприятной экологической обстановке, посему решили, что верховное командование ошиблось с приказом. На самом деле расчёт правительства был верен и, как всегда, точен: истребить непокорных аборигенов, часть отставить для исследований, а обширную территорию с мягким климатом пустить под санаторно-курортную зону.
“Конечно, мы жили бы в угнетении, зато пользовались бы не только дарами природы, но и хитроумными изобретениями техносов, - размышлял анимал, пока штурман произносил заученную речь о единстве всех рас, - а если бы на троне сидел такой просвещенный правитель как Пиренг, то нам было бы только лучше”.
- Усаживайтесь поудобнее, сейчас начнётся полёт.
Оказавшись внутри корабля, Зага охватило ещё большее чувство беспокойства за собственную нацию.
“Может, зря мы отвергаем прогресс? - думал он. - Ведь наш клан самый первый обратил внимание на культуру, и оказалось, что книги, картины, скульптуры и музыка - это очень даже хорошо. А ведь другие до сих пор промышляют каннибализмом и даже не обучены грамоте. Что, если наш прародитель изначально ошибался, посчитав, что для полного счастья требуется отрицание развития и единение с природой?”
Мужчину можно было понять. Последний раз он так удивлялся, когда воины Нраку щеголяли самыми разнообразными приспособлениями. Им не надо было смотреть на тень от Солнца, ориентироваться по звёздам, прислушиваться к пению птиц, чтобы понять, который час и где находится север.
- Ну, как вам полёты на наших авиалиниях? - спросил пилот.
- Незабываемое ощущение. Как будто я после долгого воздержания снова стал каннибалом. Всего доброго!
- Постойте! Император приказал провести вас до тронного зала.
- Какая забота! - восхитился анимал.
- Скорее предосторожность. Во дворце такой переполох, что неразумные товарищи могут напасть на вас как на предполагаемого противника.
- Всё так плохо?
- Я не вправе говорить об этом.
Идя за штурманом, Заг стал теряться в догадках. А так ли бескорыстен его новый знакомый или он на самом деле хитёр не по годам и решил поправить положение страны за счёт новой колонии? Когда мальчик невозмутимо говорил, что вернёт земли исконным владельцам, на его лице не дрогнул ни один мускул. С другой стороны, о беспринципности техносов ходят легенды. Эта раса в своих поступках руководствуется исключительно личными интересами и не склонна к широким жестам доброй воли.
“А что, если это ловушка? - ужаснулся иностранец. - Выходит, я подыграл ему и всецело слился с ренегатами из Рода клана. Какой кошмар!”
Незаметно для себя он оказался в просторном помещении, из дальнего угла которого послышался детский голос:
- Ну, как всё прошло?
- На удивление легко и быстро. Хотя теперь я остался в полнейшей изоляции. Одним этим решением союзники превратились во врагов, а вот супостаты по-прежнему относятся ко мне с недоверием, считая, что я веду свою игру, чтобы кинуть оба лагеря.
- Но вы-то знаете, как на самом деле обстоит дело.
- Да, я верен своему клану и вождю, хотя считаю, что последнему следует меньше общаться с Нраку.
- Кто это такой?
Заг горько усмехнулся:
- После этого вопроса Сивана исчезла.
- Рассказывайте, не бойтесь. Надеюсь, я не провалюсь сквозь землю, сидя на этом троне.
- Может, прежде мы подпишем документ?
Пиренг отмахнулся:
- Эта формальность может подождать. Мой автограф на бумаге никак не изменит наши с вами отношения.
- Вы искренни со мной?
- Как ты смеешь, нечёсаная тварь, сомневаться в словах моего сына? - раздалось из-за спины.
Собеседники вздрогнули. Утробный голос говорившего походил на скрип, с которым открывается крышка гроба с лежалым покойником, который вдруг открывает глаза и говорит, что он живее всех живых. В ходячем мертвеце юный монарх сразу признал папу:
- Отец, ты встал?
- Как видишь. Кто это?
Анимал встал с места и отвесил поклон:
- Простите, если ненароком задел ваши родительские чувства. Заг, начальник иммиграционной службы.
- Что-то не припоминаю, чтобы в нашей империи были такие структуры.
- А это из свежеполученных земель, - услужливо пояснил гость.
Матис недоуменно уставился на сына:
- За время моего отсутствия на троне ты устроил маленькую победоносную войну?
- Долго объяснять. Это временное явление, я просто решил помочь хорошим гуманоидам.
- Поэтому присоединил их к нашему государству? - засмеялся император. - Оригинально!
Следующие полчаса гуманоиды вводили правителя в курс дела. Тот все известия воспринял спокойно и, дождавшись, когда поток информации иссякнет, взял слово:
- Да, когда-то мы воевали с вами, но теперь самое время доказать, что мы можем мирно сосуществовать на одной планете. Как только ситуация в клане наладится, всё вернётся на круги своя. Что касается бесследного исчезновения тех, кто как-то связан с этим пророчеством, будем действовать сообща. Я возглавлю экспедицию, всегда хотел попутешествовать.
Пиренг заглянул в глаза отцу, надеясь, что тот бредит или хотя бы так остроумно шутит.
- Отец, ты же император!
- Ошибаешься, сынок. Этот трон по праву принадлежит тебе. А мне самое время размять косточки.
- Но ты ещё очень слаб.
- Ничего страшного, в дороге выздоровею. Каждый должен находиться на своём месте. Ты будешь сидеть здесь и помогать мне нашей сверхсовременной техникой, Заг сначала утихомирит своих соотечественников, а потом присоединится ко мне. Его зверская натура позволит избежать нам сотни неприятностей, к тому же он лучше ориентируется в природной среде. А ведь нам придётся питаться подножным кормом, - мужчина закатил глаза от удовольствия. - Романтика!
- А у нас есть время подумать? - хором спросили собеседники.
- Нет, - твёрдо ответил Матис, - и выбора у вас тоже нет.

Глава 22

Парень, не веря своему счастью, сел в корабль и, убедившись, что магнат не пытается сбежать, облегчённо вздохнул.
“Интересно, - подумал он, - а что там было написано в этой бумажке”.
Развернув лист, безликий обомлел. Вверху значилась надпись “Доставить целыми и невредимыми”, а ниже перечислялись имена гуманоидов. Их было так много, что вскоре в глазах стало рябить. Увидев реакцию спасителя, Нотр не преминул спросить:
- А зачем вам так много гуманоидов? Не проще пойти на невольничий рынок и купить там понравившихся особей? Я бы оплатил все издержки. Если вам нужны рабы, какая разница, как их зовут?
Пограничник решил не распространяться на эту тему:
- Так велело руководство, я просто исполнитель.
- Странное оно у вас. Напасали, что доставить, а куда не указали.
- Действительно, странно, - согласился Нотр.
- На кого вы работаете?
- не имею права раскрывать эту информацию.
- Вы ведь безликий?
Собеседник кивнул и только потом осознал, какую глупость совершил. Если он агент, то, стало быть, может работать только на трёх влиятельных политиков. Инал не может быть его шефом, в противном случае магнат знал бы его в лицо или по какому-то кодовому слову. Корто был его союзником, следовательно, не предъявлял бы никаких ультиматумов. Оставался лишь Картос, который действительно в недавнем прошлом был боссом.
“Пока не подал заявление об уходе, я до сих пор числюсь у него в подчинении, - парень корил себя за неосмотрительность. - И надо же было так оплошать”.
Безликий, поняв, что собеседник в растерянности, решил действовать по проверенной схеме:
- Зачем вам этот упырь Картос? Переходите ко мне, я буду щедр и благодарен, ведь вы спасли мою жизнь.
- Нет, я работаю на других гуманоидов, - уклончиво ответил Нотр.
- Прекратите. Всё и так очевидно. Он отослал нас в эту глухомань, чтобы мы испугались, а потом забрал обратно. Наверное, будет клянчить кругленькую сумму и часть голосов в Совете ликов. К чему в таком случае странный ультиматум?
- Вы сказали: “Мы”. Хотите сказать, вы были не один?
Магнат взглянул на безликого. Тот был слишком похож на честного гуманоида.
“Может, он и впрямь не вражеский агент? - задумался Инал. - Но тогда кто за ним стоит?”
- Скажите, кто ещё остался на чужбине? Мы сейчас же вернёмся за ними.
Собеседник сначала хотел сказать, что просто оговорился от волнения, но потом решил держать марку.
- Милейший! - сказал он самым важным тоном. - Мы, гуманоиды, занимающие ведущее положение в обществе, всегда говорим о себе во множественном числе.
Нотр, решив поиграть в настоящего агента, пошёл ва-банк:
- Надеюсь, вы не врёте, а то мой шеф за такие шуточки руки-ноги повыдёргивает. Это Картос бесконечное число раз сажал вас с Корто в клетку, а мой хозяин церемониться не будет.
- Я был в его плену только один раз.
Парень надрывно захохотал:
- Это вам только кажется, поскольку каждый раз мы стирали вам память. А на самом деле, сколько чужеземцев приезжало в нашу страну, столько раз вы оказывались в плену.
Инал, не в силах скрывать закравшийся в душу ужас, вздрогнул. Собеседник закусил нижнюю губу. Его можно было понять. Во-первых, он был рад, что произвёл такой эффект на кичливого пассажира. Во-вторых, слухи, которые грязным селевым потоком лились по всем коридорам цитадели Картоса, оказались правдивы. Разумеется, рядовой охранник, чей пост в последнее время находился в самом ответственном месте - в туалете, не мог участвовать в операции промывки мозгов ведущих политиков. Этим занимались агенты средней руки, которые были лучше Нотра, но значительно хуже Элацио, поэтому навеки застряли между вахтой у туалета и выполнением сверхсекретных заданий.
- Вам всё известно? - осторожно спросил Инал.
- И это притом, что я мелкая сошка. Представляете, какой информацией обладает мой хозяин?
- Может, мы договоримся?
- Я не шкурник, но добросовестный исполнитель. Сделайте так, как написано в ультиматуме, это вам зачтётся.
Больше пограничник не поддавался ни на какие провокации. Собеседник понял, что, пожалуй, впервые в жизни ему придётся выполнять то, что он пообещал в критический момент. Раньше ему удавалось отказываться от своих слов и ликвидировать тех, кто застал его врасплох. По дороге домой Инал без конца думал об оставленном на чужбине соратнике. Он не корил себя за этот поступок, напротив считал, что сделал так, как полагается истинному политику.
“В конце концов, Корто не стал бы дожидаться меня. Кто знает, может, он оказался на родине раньше меня, - оправдывался себя безликий, - и притом своим ходом, без спасителей, которые на поверку оказались типичными шантажистами”.
Вылетев в нейтральное пространство, штурман обратился к Нотру:
- Куда летим?
- К шефу, - хотел ответить тот, но вовремя вспомнил, что нафантазировал всесильного босса, и обратился к Иналу. - Хотите обратно к Картосу или решили пойти по пути наименьшего сопротивления?
- Второе, - пискнул магнат. - Если можно, то высадите меня в районе моего дома.
- Хотите принять горячую ванну? - усмехнулся парень.
- Я мог бы прямо сейчас начать выполнять условия ультиматума.
- Вот и отлично!
“Рано радуешься, - зло подумал безликий. - Ты ещё не знаешь, что тебя ждёт впереди”.
Прикинувшись сломленной личностью, он уже составил план дальнейших действий и с нетерпением ждал, когда возьмёт реванш и над злейшим врагом, и над таинственным спасителем. Мысли о скором мщении оказались настолько сладкими, что остаток пути политик проспал.
- Просыпайтесь, мы стоим на заднем дворе вашего дома. Это всё ваше?
- Что вы! Мои апартаменты занимают только несколько верхних этажей. В отличие от Картоса мне ни к чему безразмерные дома с камерами пыток и картинной галереей. Пойдёмте, я покажу вам свои владения.
Инал, не щадя себя шаркал ножкой и всячески заискивал, поэтому когда Нотр увидел группу воинов возле входной двери, то не придал этому особого значения.
“Сейчас он скажет, что я с ним, и мы пройдём без эксцессов”, - решил парень.
К его удивлению магнат рванул навстречу к солдатам и прокричал:
- Ребята, вырубите этого олуха!
Охранники покорно выполнили приказ шефа, отчего пограничник не сразу пришёл в себя. Очнувшись, он изумился странному монотонному звуку, будто дело происходило не в дорогих апартаментах, а на каком-то заводе с вредным производством. Повертев по сторонам, безликий отметил, что находится на конвейерной ленте, в нескольких местах зажатый прочными скобами.
- Очнулся, гадёныш!
Оказавшись на родной земле, Инал резко изменился. То ли дух отечества действительно так сладок и приятен, то ли, почувствовав силу от коптящих небо бесчисленных заводов, он вспомнил, какое положение занимает в обществе, однако магнат перестал обращаться к парню на вы, лебезить, вжимать голову, а, наконец, расправил плечи и сменил тон.
- Ну и денёк, - процедил мужчина. - Кто-то мне за это ответит. Конечно, очень хотелось бы, чтобы на твоём месте был Картос, но ничего, он будет следующим.
- А вы исполните свои обязательства перед моим шефом? - глупо спросил Нотр.
Неизвестно, на какой ответ он рассчитывал, но собеседник коротко ответил отказом. Пограничник почувствовал себя беззащитным щенком, которого сначала лапали все, кому не лень, а потом выставили за дверь в коробке из-под шампанского.
- Вы это серьёзно? - беспомощно спросил безликий.
- Нет, это у меня такое чувство юмора, - Инал нагло засмеялся. - Конечно же, я не собираюсь выполнять условия неизвестного мне гуманоида. Может, это какой-нибудь пройдоха, решивший нажиться на мне?
- Но вы же со всем согласились.
- Естественно. Иначе бы ты не согласился отвезти меня домой. Ну, бывай, лопух!
Мужчина потянул на себя какой-то рубильник и помахал рукой. Нотр даже не стал глядеть вперёд. И так было ясно, что его ждала смерть, которую потом так легко списать на производственные издержки.
“Меня порубят или порежут, потом запакуют в коробку или перекрутят в фарш, - грустно размышлял парень, - а я так даже и не узнаю, ради чего погиб”.
Он обречённо вздохнул и с удивлением обнаружил, что скобы больше не держат его тело. Безликий инстинктивно воспользовался своим даром и превратился в чрезвычайно худого мальчишку, который беспрепятственно выбрался из ловушки и спрыгнул с конвейера. Другой бы радовался своему спасению, но Нотр вспомнил, что Элацио возлагал на него большие надежды.
“И я его не подведу! - решил пограничник. - Сейчас мне в голову придёт гениальная мысль”.
Такое смелое заявление не осталось громогласным. Парень посмотрел на верхние ярусы и приметил там нескольких рабочих, равнодушно наблюдающих за происходящим.
“Наверное, они уже привыкли к тому, что шеф всех своих врагов отправляет в тираж именно таким способом”, - подумал безликий.
Спустя мгновение он уже был одет в яркий комбинезон и деловито подкручивал гайки увесистым ключом, подобранным с пола, медленно приближаясь к Иналу. Того отвлекли от процесса смертной казни, а когда магнат вновь взглянул на ленту, было уже поздно. Было заметно, что мужчина немного расстроился.
- Что, гад, нос повесил? Хотел увидеть мои муки? - зашипел Нотр. - А вот тебе!
Надо заметить, что бить врага огромным гаечным ключом - сомнительное удовольствие. Мало того, что следует прилагать силу, так ещё и удар может оказаться смертельным. Так в состоянии аффекта вместе с потянутыми мышцами парень мог заработать угрызения совести на всю оставшуюся жизнь. Но уже после третьего замаха он взял себя в руки.
“Кто-то же должен выполнить ультиматум, - пронеслось в его голове. - Если не я, то кто же?”
Безликий оттянул противника в просторный контейнер и принял его облик, похвалив себя, что ни разу не попал по лицу. В противном случае образ пришлось бы формировать по памяти, что чревато неточностями, недопустимыми в этом деле. Рядом лежала бобина липкой ленты, которая вся ушла на обматывание тела. Инал стал похож на мумию, от прежнего облика у него остались две ноздри и пара глаз. Чуть поодаль нашёлся замок для данного контейнера и табличка “На экспорт”.
“А что, это отличная идея, - улыбнулся пограничник, вешая надпись на ящик. - Такому отъявленному негодяю нечего делать в нашей стране, пусть с ним помучатся в другом государстве”.
Счастливый до невозможности, он вышел на улицу, где его уже ждала охрана.
- Поехали домой, - приказным тоном заявил Нотр.
Парень решил говорить короткими рублёными фразами, чтобы подчиненные не заметили подмены.
- Всё прошло успешно?
- Ещё бы.
- Оно и видно. У вас даже походка изменилась, подпрыгиваете на ходу, как молодой жеребец. Вот, что делает с людьми сила убийства.
Безликий выругал себя за такую оплошность. Остаться в живых, подкрасться к врагу, оглушить, связать и принять его облик, но забыть о пластике тела - это было, по меньшей мере, глупо и крайне не профессионально.
- А кто это был? На конкурента не похож, скорее какой-то курьер, - водитель был на редкость словоохотлив.
- Угадал.
- Долго мучался?
“У, садист! - подумал Нотр. - В точности, как и его шеф”.
- Можете не отвечать, ребята говорят, вы мастер на такие вещи.
Всю дорогу парень был вынужден слушать болтовню подчинённого и периодически односложно отвечать. Наконец, экзекуция словоблудием подошла к концу, и безликий облегчённо вздохнул, тихо радуясь, что у него нет такого болтливого водителя.
Оказавшись возле того самого места, где спокойно стояли бугаи, некоторое время назад давшие ему по голове, он на мгновение остановился, собираясь с силами.
“Если сейчас голос дрогнет, то я пропал”, - подумал пограничник и волевым голосом приказал, - откройте дверь!
- Шеф, ключи только у вас.
- Видимо, я выронил их на заводе, - лихо соврал Нотр. - Сделайте что-нибудь, у меня срочное дело.
- Как прикажете.
Охранники спокойно вынесли дверь, будто на их пути была картонная преграда.
- Что-нибудь ещё? - довольно спросил первый бугай.
- На сегодня ваш рабочий день закончен.
- Как? Мы же покидаем вахту только тогда, когда на наше место приходит другая смена.
“Как он боится за собственную жизнь, - подумал парень. - Нет, лучше быть простым смертным. По крайней мере, я могу себе позволить спать с незапертой дверью и не опасаться, что на меня захотят напасть или ограбить квартиру”.
- То есть вы отказываетесь от отдыха? - безликий зашёл с другой стороны.
Подчинённые потупили взоры.
- Кто же от такого откажется, - произнёс, наконец, второй.
- Тогда скорее идите, пока я не передумал.
Охранники угрюмо пошли прочь.
- Что это с ним? - поинтересовался первый.
- Удачный день. Наверное, выгодный контракт заключил или того парня вдоволь замучил. А что ещё для счастья надо?
Дождавшись, пока шаги и голоса станут еле различимыми, Нотр принялся лихорадочно искать кредитную карточку, чековую книжку и сейф с наличностью, как вдруг его взгляд упал на компьютер.
“Конечно же! - обрадовался он. - Настоящие дельцы проворачивают все финансовые операции с помощью умных машин”.
Иконок на рабочем столе было не так много, но названия у них были на редкость непонятные. От злости вкупе с бессилием парень стукнул кулаком по клавиатуре. Та жалобно пискнула, и на дисплее отобразилось окно экспертной программы.
- Вас приветствует мастер экономических проектов. Что вы хотите сделать? - спросил компьютер.
Новоявленный хакер зачарованно смотрел на монитор.
- Неужели всё так просто? - вслух произнёс он. - Достаточно приказать агрегату, и он всё сделает за меня?
- Вы можете себе это позволить, великий Инал, - раздался женский голос.
Незваный гость подпрыгнул на месте и стал пристально искать источник звука.
- Обратите внимание на колонки.
- Спасибо, что-то я сегодня такой рассеянный.
- Тяжёлый день, - решила умная машина. - Стоит ли производить финансовые операции, если вы не можете сориентироваться в собственном кабинете?
Нотр покачал головой. Одно дело разговорчивый водитель, но совсем другое, когда бездушный робот не только выражает своё мнение, но и даёт рекомендации относительно того, что его совершенно не должно касаться.
“Видимо, правы фантасты, утверждающие, что, в конечном счёте, машины поработят нас, - подумал безликий. - А пока надо воспользоваться этой железной болтушкой”.
Он стал махать ультиматумом перед дисплеем, как перед глазами собеседника, надеясь, что тот живо отреагирует на приказание.
- Что это за шелест?
- Я показываю, что вам надо сделать.
- В таком случае поднесите бумагу к цифровой камере, - компьютер вполне натурально вздохнул. - Похоже, вы слишком переутомились. Попробуйте принять мультивитаминный комплекс, иначе конкуренты одолеют вас.
- Обязательно, чуть позже. А где камера?
- Чуть правее сканера. Кстати, если текст мелкий, лучше воспользоваться им, у него выше разрешение и чувствительность.
- Сканер, - протянул Нотр, пытаясь найти среди агрегатов нужную коробку.
Он никогда не слыл гуманоидом, помешанным на новомодных финтифлюшках, однако легко отличал бытовые приборы от плазменного лобзика и стамески. Но то, что находилось на столе у Инала, нельзя было назвать ни сканером, ни принтером, ни чем-нибудь ещё. Поверхность была заставлена миниатюрными агрегатами, которые больше походили на блоки от сигарет, чем на технику. Наконец, на одном из них гость заметил кнопку “Скан” и облегчённо вздохнул.
- Инал, вы уверены? - тактично спросила машина. - До сих пор вы только зарабатывали деньги, а сейчас этот инвестиционный проект явно не принесёт прибыли. Или вы знаете способ, как нажиться на выкупленных рабах?
- Самое время подумать о душе.
- Вам бы к врачу сходить. Негоже, если преуспевающий бизнесмен начал нести такой вздор.
- Вы не отвлекайтесь! - прикрикнул Нотр. - Занимайтесь своим делом.
- Не нервничайте, всё готово.
- Вот как? - удивился парень. - И куда они будут доставлены?
- Там всё написано.
Безликий взял в руки листок и прищурился. Действительно, в самом низу значилось место прибытия: Земля, без каких-либо уточнений и дополнительных координат.

Глава 21

После ухода Сиваны безликий ещё немного посидел в шатре и направился к выходу, где его перехватил начальник.
- Сегодня в клане было такое веселье, что я не договорился о твоём переводе на другую погранзаставу. Потерпишь ещё один день? Думаю, завтра я всё улажу, - сказал он.
- Завтра всё будет по-другому, - ответил Нотр и сам удивился странности фразы.
- Ты о чём?
- Пока не знаю, - собеседник задумался. - Вам не кажется поведение гостьи несколько странным?
- Отчего же? Молодая девушка прилетела в наши земли, устала, к тому же сказывается процесс акклиматизации. Всё в порядке. Кстати, я тебе тоже советую ложиться спать, к утру излишняя подозрительность должна пройти.
- Но ведь до встречи с Ранолом она хотел узнать о таинственном союзнике.
- Ничего страшного, завтра вспомнит.
Пограничника терзали смутные сомнения, которые отчасти были связаны с тем, что прежде он никогда не оказывался в таких ситуациях. Нести вахту в цитадели Картоса было ужасно скучно, неинтересно, но зато безопасно и не требовало острого ума и незаурядных способностей.
“Что-то здесь не так, - подумал Нотр. - Придётся установить наблюдение за объектом”.
Очень скоро он нашёл шатёр для гостей. В нём горел тусклый свет и был виден женский силуэт, склонившийся над каким-то прибором. Лёгкий ветер позволял слышать обрывки фраз, из которых безликий сделал вывод, что девушка сообщает вести с полей своему подельнику.
- Как ты и просил, вышла на связь, - вещала архивариус. - Добралась нормально, правда, пока ничего не узнала, но не расстраиваюсь. Сделаю попытку в полночь по местному времени. Ну, а у тебя как дела?
Собеседник зажужжал что-то в ответ, отчего голос Сиваны повеселел:
- Я же говорила, что трансляция твоих подвигов благоприятно скажется на его здоровье. Продолжай в том же духе, а то ведь неизвестно, когда я найду Таррика. Конец связи!
После этого свет в шатре погас и послышался высокий звук прибора. Девушка заводила будильник.
“Теперь понятно, почему она попросилась спать, - догадался Нотр. - Это лазутчица от техносов, которая под покровом ночи решила взять реванш. Ясно, откуда ей известна сверхсекретная информация. Придётся ждать ночи, чтобы взять шпионку с поличным”.
Превратившись в среднестатистического анимала, парень преспокойно прислонился к проходу шатра, рассудив, что архивариус, идя на разведывательную операцию, обязательно разбудит его. Тот, разумеется, вида не подаст, и техноска решит, что этот зверь, изрядно выпивший по случаю возвращения вождя, не опасен и не помешает.
“Гениальный план! - безликий нескромно похвалил себя. - В духе Элацио, только в моём случае больше дерзости”.
Забавно, но получилось именно так, как рассчитывал пограничник. Сивана, встав по будильнику, спросонья налетела на тело и, даже не извинившись, пошла дальше.
“Интересно, что это было такое мягкое? - подумала она. - Вроде бы, когда я ложилась спать, у входа не лежало никакого коврика”.
Нотр, стиснув зубы от боли, зло посмотрел девушке вслед:
“Если так поступила архивариус, всё время проводившая с книгами, то даже страшно представить, на что способен солдат элитных имперских войск. Видимо, это её первое задание”.
Крадучись, безликий осторожно проследовал за гостьей, которая после нескольких минут лёгкой рысцы без предварительных церемоний влетела в шатёр Ранола. Это обстоятельство разом восстановило авторитет техноски в глазах пограничника.
“И не стыдно ему пользоваться служебным положением? - возмутился Нотр. - Если так сладострастен, пусть бы выписал себе сексуалку. Я не позволю ему надругаться над возлюбленной моего друга. Её понять можно - она на всё готова ради Элацио, даже не грех. Но он же правитель, а опустился до такой низости”.
Оказавшись в гостях у вождя, Сивана отметила про себя, что тот за это время даже не удосужился создать интимную обстановку.
“Сразу видно, что зверь, а не романтик, - подумала она. - Мог хотя бы ночник включить или свечи зажечь”.
Ранол вёл себя на удивление тактично: не стал лапать, рвать одежду и выть на луну от крайнего возбуждения. Казалось, анимал ждал не хорошенькую барышню, а Род клана для обсуждения политических дел особой важности.
- Зачем вы позвали меня? - прямо спросила архивариус.
- Я? - деланно удивился вождь. - Мне казалось, что это вы хотели встретиться с Тарриком.
- Да, - собеседница огляделась по сторонам. - Он здесь?
- Почти.
- Вы можете говорить без экивоков?
- Конечно, только сначала напишите следующий текст, - мужчина протянул необходимые принадлежности. - Я продиктую.
Удивлённая техноска покорно взялась за перо. Интимная встреча перерастало в нечто непонятное. Письмо выходило на редкость странное:
- Милейший Нотр! Я сама плохо соображаю, куда отправляюсь. Поверьте на слово, что искать меня бесполезно. Предвосхищая ваш порыв энтузиазма, предлагаю направить все усилия на возвращение Инала. Думаю, вы знаете, кто это. Одно то, что он враг вашего бывшего босса, уже должно подстегнуть к скорейшему выполнению. К тому же у меня есть все основания полагать, что он сыграет немаловажную роль в спасении Таррика, Элацио и, возможно, всего разумного человечества. Как только вы выполните мою просьбу, мы все встретимся. Ваша Сивана.
Ранол, перечитав послание, остался доволен.
- Ну, вы готовы к встрече?
- Простите, а что это всё значит?
- Это руководство к действию.
- И как его понимать?
- Прямо. Как инструкцию, - улыбнулся вождь. - Да вы не волнуйтесь, он справится. Элацио сказал, что Нотр смышлёный парень.
- А что значит фраза о спасении всего разумного человечества? Откуда ему взяться, когда мы уже давно не люди? - не успокаивалась Сивана.
- Ошибаетесь. Мы семимильными шагами возвращаемся к своему первозданному виду. Для свершения пророчества нам нужен эффект закрепления, а такое возможно только при участии достойных гуманоидов.
Девушка растерянно заморгала глазами. Похоже, Пиренг напрасно смеялся с неё, говоря, что теория всемирного заговора - это первый шаг к паранойе. Иногда мания преследования - это нормальная реакция организма на условия окружающей среды.
- Всё уже просчитано? Мы всего лишь пешки в чужой игре?
- А разве это плохо? У меня есть точные координаты нахождения Инала на тот момент, когда Нотр будет в стране сексуалов. Надо будет приложить эту ценную информацию к вашему письму.
- Как это возможно? Вы предвидите будущее?
Ранол засмеялся:
- Я тут совершенно ни при чём. Здесь нет никакой мистики, просто есть гуманоиды, способные анализировать ситуацию. Они-то всё и просчитали, а я лишь скромный исполнитель их воли. Как вы сказали, пешка в чужой игре? Вот-вот.
Пока архивариус обдумывала следующую фразу, он прикрепил к листу особо важные сведения и попросил подойти ближе к нему. Поцеловав руку барышни, вождь произнёс какую-то скороговорку, и шатёр озарил фантастически яркий свет.
“Ничего себе! - подумал Нотр, стоявший всё это время на улице. - Похоже на ядерный взрыв в миниатюре”.
Как только огни исчезли, парень на свой страх и риск вошёл внутрь.
- Эй, а где все? - в полный голос спросил озадаченный пограничник.
В помещении не осталось ни намёка на недавнее пребывание Сиваны и вождя, хотя парень добросовестно искал их за ковром и под столом, на котором одиноко лежали те самые бумаги. После третьего чтения текста безликий понял, что он безнадёжно глуп, поскольку понимал не более Сиваны.
“Может, рассказать обо всём Загу? - размышлял Нотр. - Он меня поймёт и не осудит, возможно, даже поможет. Но как быть с его соотечественниками, которые обязательно разбушуются, узнав, что их вождь снова исчез? А если, чего доброго, сделают меня крайним и съедят заживо?”
В результате было принято довольно не оригинальное решение: действовать в одиночку. С тех пор как пограничник попал в этот клан, он только и делал, что готовился разобраться во всём лично без посторонней помощи. Однако снежный ком проблем имел тенденцию нарастать в геометрической прогрессии.
“Надеюсь, посудина, на которой прилетела Сивана, никуда не исчезла со злакового поля, - подумал парень. - Иначе весьма проблематично будет исполнить её просьбу”.
К его счастью задремавший пилот беспечно оставил двери корабля открытыми и даже не поднял трап, поэтому Нотр без проблем вошёл внутрь. Ему не хотелось тревожить мужчину, травмировать его психику резким появлением и долгими объяснениями, однако иначе он поступить не мог.
- Так получилось, что я не умею летать, - бодро начал безликий, растолкав штурмана.
- Ничего страшного, я тоже.
- Но вы же пилот!
- Да, но не своим же ходом, а только на корабле. Ах, почему гуманоиды не летают как птицы.
Пограничник удивлённо посмотрел на собеседника. Казалось, что тот бодрствовал. Однако в таком случае, почему он не поднял панику, что общается с неизвестным?
- Вы, наверное, ещё спите, - предположил Нотр.
- Каюсь, грешен.
- Придётся очнуться, ведь я настоящий и сейчас ущипну вас.
Пилот тяжело вздохнул:
- А я-то надеялся, что это сон. Вы от Сиваны?
- Да, вот письмо и листок с координатами.
Изучив содержание послания, мужчина покачал головой:
- Стареть начал.
- Почему? - удивился парень. - Буквы плохо различаете? Так это куриная слепота или старческое зрение.
- Если бы! Я вникнуть не могу. Получается, что она сама не понимает, откуда это всё знает.
- Не волнуйтесь, я тоже из всего этого вразумил, что нам надо спасать Инала.
- А он хороший?
- Насколько мне известно, нет, - вздохнул Нотр. - Но Сивана пишет обратное.
- А кто он такой?
- Видный политик государства безликих.
- Тогда он не может быть хорошим, - глубокомысленно заметил штурман и занялся подготовкой к полёту.
Пограничник усмехнулся, вспомнив свою работу у Картоса. Тот без конца обвинял оппонентов во всех смертных грехах, говоря, что ему приходится отвечать адекватными мерами, чтобы не оказаться съеденным заживо.
“Интересно, как он там? - подумал парень. - Обо мне там никто даже не вспомнил, но вот исчезновение Элацио наверняка вывело его из себя. Это хорошо, так ему и надо”.
От столь приятной мысли по телу пассажира побежали мелкие мурашки, и неожиданно для себя он заснул.
- Вот мы и на месте, - улыбнулся пилот. - Мне вот интересно, как ей удалось составить такую точную карту. Здесь указано и место посадки, и дороги с переулками, и даже дом, где находится этот самый Инал.
- А меня волнует другое, - зевнул собеседник. - Что я скажу этому политику?
- Решайте проблемы по мере их возникновения, - философски посоветовал штурман.
- Пожалуй, вы правы.
Оказавшись на свежем воздухе, Нотр не мог удивиться резким изменениям как атмосферы, так и окружающей действительности. Запах нечистот, находившихся в самом различном агрегатном состоянии под ногами, явственно контрастировал с ароматами духов, которыми были щедро облиты прохожие.
- Сексуалы, - догадался иностранец. - Какие же они всё-таки красивые.
Услышав столь лестный отзыв, несколько симпатичных девушек замурчали что-то ласковое на своём диалекте и на вполне сносном общемировом языке произнесли:
- Чужеземец хочет взять себе домой подружку?
- Вообще-то нет.
- Друга?
- Опять не угадали.
- Обоих сразу? Шалунишка! - засмеялись кокетки.
- Вообще-то я тут по делу, - парень показал карту, - вы не знаете, как попасть на эту улицу?
- Мы сексуалки, а не справочное бюро, - фыркнули девушки.
Поняв, что иностранец не увезёт их за границу, они решили не распыляться на него. Впрочем, это было совершенно ни к чему. Нотр пошёл по указателям и вскоре очутился в грязном переулке.
“Что делает магнат в этих трущобах? - удивился следопыт. - У богатых свои причуды. Я бы на его месте сидел в своих шикарных апартаментах и радовался жизни, а ему всё экстрима подавай”.
Дверь оказалась не заперта. В комнате сидел мужчина с безнадёжно печальным лицом. Казалось, это преступник, приговорённый к смертной казни, который ещё чуть-чуть и разрыдается в икоте, прося суд о снисхождении.
- Вы Инал? - спросил парень.
- Вот уж не думал, что кто-то здесь меня знает. Вы из посольства? - обрадовался безликий.
Нотр, не зная, что сказать, вперился в карту пути, будто там были написаны все дальнейшие реплики. Вдруг прямо на его глазах буквы и условные обозначения слились в одно чёрное поле, из которого затем появился ультиматум. Не в состоянии найти логичное объяснение произошедшей метаморфозе пограничник молча протянул листок собеседнику. После ознакомления с требованиями тот поднял на него грустные глаза и вздохнул:
- Я согласен на всё, только заберите меня отсюда.
“И это тот самый делец с мёртвой хваткой, который, имея безразмерное состояние, торгуется за копейки? - удивился безликий. - Похоже, народ как всегда всё преувеличивает”.
Он ошибался, поскольку не знал, что пережил Инал за это время. Узнав, что они заперты в далеко не дружелюбной стране в компании с врагом народа, союзники тут же решили бежать. Дело оставалось за малым - совершить задуманное.
- Пожалуй, впервые за свою долгую политическую карьеру жалею, что я не агент и не простой житель. Трансформироваться в сексуала не удастся, у нас фиксированные облики, - Корто печально покачал головой.
- А почему бы вам не обратиться к своим агентам?
- Вы о чём?
- Ни для кого не секрет, что вы обладаете обширной сетью шпионов как внутри нашей страны, так и в других государствах.
- Это невозможно.
- Полноте! - возмутился Инал. - Я понимаю, что вы не хотите раскрывать своих секретов, но ситуация давно перешла за грани туристического путешествия. Пока мы находимся здесь без средств к существованию, Картос склоняет на свою сторону рядовых членов Совета ликов, оставшихся без лидеров.
- Тут дело не в моём желании. Я всесилен только в своём рабочем кабинете.
- Как же так получилось?
- Всему виной проклятая конспирация, - вздохнул Корто.
То ли безликие действительно произошли от евреев, то ли это происки врагов, однако данная нация всегда славилась своим уникальным подходом к наживе и родине. Граждане различали частное и коллективное, отдавая предпочтение первому. При такой ситуации в стране оставалось места для подвига, но героев в правительстве с каждым годом становилось всё меньше и меньше. Именно поэтому Совет ликов представлял собой три силы, которым было плевать на народ. Они решали свои дела, обогащались за счёт ресурсов отчизны и искренне радовались, что прародитель не заложил в них чрезмерную стыдливость. А вот подозрительности и боязни быть раскрытым и потерять всё в одночасье в нутре наблюдалось так много, что в правительстве конспирировались все, даже уборщики, опасаясь, что кто-нибудь прознает, что они моют сортиры только два раза в неделю, а фирменные кусочки мыла проносят в нижнем белье.
- Мои агенты на чужбине часто сталкивались со шпионами Картоса, притом никто из них не ратовал за страну. Каждый выполнял задание своего босса, - пояснил политик. - Вот тогда-то мне в голову и пришла мысль о создании целой структуры, которая будет получать приказы не от конкретной личности, а от умной машины.
- А ею управляли вы, - догадался Инал.
- Конечно! Поэтому если бы враги поймали агентов, те бы до последнего вздоха утверждали, что на это задание их отправил какой-нибудь компьютерный терминал 11-43, находящийся в локации с заданными координатами. Номера, разумеется, выдавались с помощью генератора случайных чисел и ничего не значили. А вот по названным адресам, - Корто самодовольно усмехнулся, - находилась недвижимость моего заклятого врага.
- Хорошая подстава.
- Скорее конспирация, вводящая в заблуждение в случае провала.
- То есть ни один из агентов не подчинится вашему приказу?
- Разумеется. Ведь всё так обставлено, что они же работают не на меня.
- Получается, мы остались наедине с этой недружелюбной страной? - плаксиво спросил Инал.
Собеседник не ответил. Он вышел из комнаты в поисках Уйца, который несколько часов назад обещал вернуться с едой.
“Счастливый, - подумал магнат, - если в такую трудную минуту может думать о еде. Похоже, я пропал”.
Нотра, появившегося в дверях, он встретил как спасителя и был согласен на все условия.
- Тогда поспешим, - поторопил его парень, - с вами больше никого?
Инал отрицательно покачал головой, боясь своим голосом привлечь Корто, находившегося где-то неподалёку.

Глава 20

Несмотря на всю свою кажущуюся мудрёность, теория относительности, пожалуй, самая понятная в мире. По крайней мере, так думал Нотр, оказавшись на чужой земле. Несколько дней длились как целую вечность, и лишь крепкий сон на свежем воздухе спасал иноземца от неминуемого нервного срыва. Заг сдержал своё слово и устроил его на козырную должность. Фактически новому знакомому ничего не надо было делать, поскольку его пост находился на самом безопасном участке. А если уж быть откровенными, то эта погранзастава вообще не предусматривалась, просто добродушный анимал создал её под безликого. Время от времени начальник заходил к чужеземцу в гости, наблюдая, как тот тускнеет день за днём. Наконец, он не выдержал и спросил прямо:
- Ну, как тебе у нас?
Нотр, для которого прежде никто так не старался, не мог сказать правду, поэтому он вежливо начал:
- Просто замечательно! Воздух чистый, вода родниковая, растительность пышная…
- Только ты от всего этого чахнешь, будто организм требует выхлопных газов и генномодифицированных продуктов.
- Наверное, уже привык, - грустно улыбнулся парень.
- Дело в другом. Ты скучаешь по своей прежней жизни.
- Да, надо было отпустить меня вместе с Элацио.
- Это было слишком опасно, и он не взял на себя ответственность за невинно погубленную молодую душу.
- А вы?
Заг криво усмехнулся:
- Думаешь, если я анимал, то у меня нет сердца? Скорее, такое можно говорить о бесчувственных техносах, но только не о нас.
- А вы можете послать меня в самую гущу событий?
- Хочешь сложить там буйну голову?
Нотр засмеялся:
- Скука, хандра, ностальгия и прочее - ещё не повод сводить счёты с жизнью. Я просто хочу быть полезным для общества, а не паразитировать за счёт того, что понравился начальнику.
Собеседник уважительно посмотрел на него и пообещал, что завтра же переведёт в более опасное место.
- Только не жди вторжения врагов, мы клан тихий и никого не трогаем.
Гуманоиды расстались, даже не подозревая, что очень скоро увидятся снова, притом при весьма интригующих обстоятельствах. Как только начальник ушёл, на поле, засеянное культурой, немного напоминающей кукурузу прежней Земли, приземлился корабль. Озадаченный пограничник почесал голову, думая, что же ему теперь делать.
“Поставить всех на уши, позвать на помощь Зага? - размышлял он. - Нет, нельзя, иначе получится, что я противоречу сам себе. Прошу отправить на серьёзную работу, а когда она буквально прилетела ко мне, прячусь за других. Придётся самому выруливать ситуацию”.
Дождавшись, пока пассажирка пройдёт почтительно расстояние от корабля, он резко выскочил из-за кустов и гаркнул:
- Кто вы такая?
Сивана от неожиданности вздрогнула. Во время полёта штурман божился, что в этом месте погранзаставы не предусмотрено, поскольку здесь на многие километры расстилаются лесные массивы и редкие пашни, принадлежащие данному клану. Их сородичи жили в совершенно другой стороне.
- Неужели они так недальновидны, что не принимают в расчёт воздушный десант? - спросила тогда девушка.
- Анималы считают достойными противниками только себе подобных. Когда кланы сражаются, кровь льётся рекой. А иноземцев, обвешанных плазменными пушками, звери окружают и съедают прямо на месте. Достаточно пару десятков таких инцидентов, чтобы бравые вояки дрогнули и побежали в свои бронированные корабли. Верно говорят, что против природы не попишешь.
- А если численное превосходство на стороне интервентов, которые не подпускают к себе на близкое расстояние?
Лётчик усмехнулся:
- Вот вы вроде бы учёная дама, возле книг трётесь, а таких элементарных вещей не знаете. Мне самому, прежде я попал сюда, доводилось доставлять солдат на поле боя с анималами.
Воины, едва заслышав, куда им предстоит лететь, помрачнели. Будучи техносами, они не могли позволить себе бурные эмоции, поэтому ограничивались угрюмыми лицами, понимая, что с этой войны вернутся те, кто первыми дрогнут. На родине достанется всем, но особенно тем личностям, которые спровоцировали массовый побег. И тут уже не сработает извечный принцип “А что я? Все побежали, и я побежал”. Высшее руководство предусмотрело всё, поэтому после боя сознание каждого бойца сканировалось, и по итогам процедуры выяснялись истинные заслуги перед отечеством.
- Вот такую дилемму разрешали воины: быть живым трусом или мёртвым героем, - пояснил штурман. - Конечно, всем хотелось жить. И вот однажды они договорились, что попрут рогом на анималов, будут стрелять вперёд, не давая тем опомниться.
Звери, обычно бесстрашные и бесноватые, не стали подставлять свои волосатые тела под удар. Потеряв нескольких особей, они разбежались по лесам, в которых техносы, разумеется, не ориентировались.
- Вот тут и началось веселье, - засмеялся мужчина. - Ребята решили пойти в поселение, чтобы узнать, из-за чего весь сыр-бор. Приходят и видят цветастые шатры, а внутри убранства как у отшельника в ските. Что тут началось!
- Мародёрство не состоялось, - догадалась Сивана, - и они не оставили там камня на камне.
Вдобавок рубаки с горя напились. Столько раз их посылали захватить эту местность, а теперь выяснилось, что приказ был нерациональным, то есть верхом глупости для прагматичной расы. Анималы, почувствовав запах горелого, вышли из лесов и взяли интервентов тёпленькими. Те, мертвецки пьяные спали без задних ног и не сразу сообразили, что произошло.
- Порезали почти всех. На борт поднялись два с половиной калеки, которые вскоре скончались. На родине еле успели просканировать их мозги, а, узнав эту историю, больше не предпринимали попыток. А вообще ни одному цивилизованному гуманоиду даже в голову не придёт захватывать эти земли, - подытожил мужчина.
- То есть ты считаешь наше правительство неразумными существами?
- Я такого не говорил.
- Постой, но ты только что сказал, что…
- Без комментариев. Скоро вы это сами поймёте, - загадочно ответил пилот.
И вот теперь архивариус стояла посреди злакового поля, вдыхала чистый воздух, слушала дивное щебетанье доселе неизвестных птиц и удивлялась словам штурмана.
- Как не позариться на эти края, когда здесь так прекрасно? - вслух произнесла она.
- Только попробуйте! - грозно ответил парень. - Итак, кто вы такая?
- Не нервничайте! И вообще, вы меня так напугали.
- Я пограничник.
- А, по-моему, просто хам.
Безликий растерялся. До сих пор на боевом посту он любовался природой и думал о своём, поэтому не знал, как вести себя с зарвавшейся нарушительницей общепринятых границ.
- Я Сивана. А как вас звать?
- Нотр.
Девушка всплеснула руками от радости:
- Так вы-то мне и нужны. Вы знали Элацио?
Пограничник расплылся в улыбке:
- Спрашиваете! Конечно! Только почему в прошедшем времени?
- Долго объяснять. Может, отведёте меня к Загу?
- Вы и его знаете?
- Только через Элацио. Он рассказывал мне о вас только хорошее.
В клане все местные жители находились в приподнятом настроении. Никто даже не обратил внимания на чужестранку, восторгающуюся прелестями природы.
- Такая буйная растительность! - восклицала она. - Скажите, а все анималы такие восторженные? Эмоции прямо льются из них рекой.
- В том-то и дело, что нет. Похоже, случилось нечто из ряда вон выходящее.
Нотр остановил первого попавшегося гражданина и спросил:
- По какому поводу весельё?
- Ты ещё не в курсе? Ранол вернулся!
- А Таррик?
- Кто? - удивился анимал.
- Вместе с ним исчезал малах.
- Дался тебе этот иноземец! Главное, что вождь снова с нами, - с этими словами косолапый гуманоид стал вальсировать с воображаемой партнёршей.
Безликий повёл новую знакомую в шатёр к Загу, попутно сталкиваясь с чрезвычайно весёлыми гражданами.
- Может, мы тоже будем улыбаться? - спросила Сивана.
- Зачем?
- Чтобы они не подумали о нас плохого, а от ещё осудят за плохие мины при хорошей игре.
Нотр усмехнулся и посоветовал не забивать голову такой чепухой. Объяснив в общих чертах сложившуюся ситуацию, он пристально посмотрел на начальника. Тот, подобно соплеменникам, искренне радовался возвращению вождя, поэтому не намерен был устраивать допрос с пристрастием.
- Голубчик, да тебя и на минуту нельзя оставить без присмотра, - шутливо сказал анимал. - Стоило мне уйти, как ты тут же обнаружил возмутительницу порядка там, где спокойствие было не тронуто даже самыми кровопролитными войнами.
- Вы имеете в виду те вторжения техносов, когда они сожгли всё поселение? - неожиданно сказала девушка.
Заг выразительно посмотрел на говорившую:
- Во-первых, это было очень давно, во-вторых, о столь неприятном инциденте умалчивают обе стороны, поэтому никто не может об этом знать. В связи с этим вполне закономерный вопрос: кто вы такая?
- У женщин свои секреты, - отшутилась Сивана. - Я прилетела сюда, поскольку именно здесь исчез Таррик. Он не вернулся?
- Сейчас узнаю.
Оставшись наедине с новой знакомой, Нотр нетерпеливо спросил:
- Ну, так что случилось с Элацио?
- Его похитили.
- Кто?
- Сама бы хотела знать. Этот клан - последняя зацепка. Я надеялась увидеть целого и невредимого Таррика, но, похоже, зашла в тупик. Только он со своей вселенской мудростью мог указать мне направление.
- А что с Картосом?
Девушка махнула рукой:
- Не упоминайте при мне имя этого негодяя.
Безликий понимающе кивнул:
- Вот я только поэтому и остался здесь, ибо не могу больше служить такому подлецу. Знаете, сколько лет он дурил голову Элацио, обещая забрать его в Совет ликов и сделать своей правой рукой?
- Бедняжка! - с чувством произнесла собеседница.
Нотр, увидев безбрежную грусть в глазах Сиваны, сразу обо всём догадался и попробовал исправить ситуацию:
- Да вы так не расстраивайтесь! Он же самый лучший агент и не в таких передрягах бывал. Справится! Зато представьте, сколько счастья выльется на ваши головы, когда вы будете вместе.
- Видимо, вы настоящий и единственный друг Элацио, если так говорите.
Пограничник смутился:
- Ещё несколько дней назад он даже не подозревал о моём существовании, но мне льстит мысль, что эти испытания позволили нам познакомиться.
На этой лирической ноте в шатёр вошёл Заг:
- К вождю меня не пустили, там битый час толпятся подхалимы из Рода клана, однако мне удалось узнать от охранников его шатра, что оттуда никто не выходил. Посторонних голосов тоже не слышно. Думаю, этого достаточно, чтобы сделать соответствующий вывод.
Будучи техноской, Сивана могла спокойно отключить свои чувства, но теперь это не срабатывало. Она откровенно расстроилась и едва не заплакала. Увидев это, анимал стал рассказывать о своей встрече с Элацио, которого пограничник принял за симпатичную самку и чуть не сделал её счастливой. Девушка постепенно начала приходить в норму.
- Заг, можно вас на минуточку? - спросил незнакомый голос.
- Прошу меня извинить, - мужчина вышел из шатра.
Вернулся он очень скоро. Сделав четыре круга по небольшому помещению, удивлённый анимал произнёс:
- Я только что разговаривал с Ранолом. Вы не поверите, он просит к себе Сивану.
- А по какому поводу он вас звал? - любопытно спросил Нотр.
- По этому.
Безликий удивлённо заморгал глазами, подумав, что начальник от щенячьей радости потерял способность адекватно мыслить:
“Он явно не вписывается в пространственно-временной континуум, да и причинно-следственные связи нарушены. Не мог же Ранол знать о появлении иностранки заранее”.
- То есть вы ему ничего не сообщали? - догадалась девушка. - Он сам затеял этот разговор и попросил меня зайти.
- Звучит дико, но да. Я ничего не говорил. Да и когда? Меня же к нему не пустили, и всё это время я находился вместе с вами.
- Мистика, - улыбнулась гостья.
Анимал предосудительно покачал головой. Уж он-то знал, что пренебрежительное отношение к таким вещам до добра не доводит.
- Напрасно смеётесь, дорогуша. В нашем клане это считается в порядке вещей. Ещё со времён появления Нраку личность нашего вождя окутана легендами. Говорят, что он знается с силой, которую не могут объяснить даже рациональные техносы.
- Ну, положим, наши аналитики не всесильны, к тому же в связи с этим пророчеством прагматизм подводит моих соотечественников, однако я уверена, что это проделки Нраку. Кстати, кто это такой?
- После, - отрезал Заг. - Великий вождь не любит, когда его заставляют ждать.
Сивана вздохнула: разговор был прерван на самом интересном месте. До искомого шатра она шла спокойно и лишь у самого входа прошептала:
- Скажите, как мне себя вести?
- Естественно, он не любит фальши.
Обрадованная этим известием девушка зашла внутрь и предупредительно покашляла. Широкоплечая фигура встала с пола и, внимательно осмотрев гостью, спросила:
- Так вы и есть Сивана?
- Да.
- Таррик сказал, что вы архивариус во дворце империи техносов.
Услышав имя малаха, собеседница, не в силах молчать, забросала вождя вопросами:
- Куда вы исчезли, кто это спланировал? Как там мудрец, где и почему не вернулся вместе с вами?
- Имейте терпение. Очень скоро вы с ним встретитесь.
- Когда?
- Всё зависит от вас, - загадочно произнёс Ранол.
- В смысле?
- Все подробности вы узнаете в полночь в моём шатре. Устроит?
На душе стали гадко, но девушка кивнула. Иногда приходится поступаться своими личными принципами ради достижения успеха общего дела.
- Я почему-то так и думал. Ну, ступайте к своим друзьям.
Собеседница покорно пошла к выходу.
- Постойте! - окликнул её анимал. - Вы же понимаете, что об этом разговоре никто не должен знать?
- Могли бы и не говорить. Я барышня смышлёная. Кстати, а откуда вам известно моё имя и то, что я здесь нахожусь? Только два гуманоида знают, как меня зовут.
- Это же мой клан.
Техноска фыркнула, поняв, что Ранол так и не скажет правды. Теперь она готова была признать, что в воздухе витает аромат мистичности, да и сам вождь пропитан духом детских страшилок. Что-то в нём настораживало и скорее гнало прочь.
“Наверное, это от его неприличного предложения, - решила Сивана. - Меня никогда прежде так не унижали”.
Кое-как справившись со своими чувствами, она вошла в шатёр и встретилась с двумя парами любопытных глаз. О последней части разговора гостья, разумеется, умолчала:
- Всё произошло очень быстро. Я так ничего не поняла.
- Ну, а как он вам? - спросил Нотр. - Я-то его не видел и в шатре не был. Это привилегия избранных.
В глазах тут же всплыли картины похищения Элацио, правильного чтения текста “Апокрифа мира” и самодовольное лицо Вертика.
- Не говорите так! - взмолилась девушка. - У меня плохие ассоциации с этим словом.
- Хорошо, тогда давайте поговорим о вожде.
- Можете считать меня сумасшедшей, но я ощущала его ауру.
- И это говорить техноска? - засмеялся пограничник.
Анимал похлопал девушку по плечу и рассудительно сказал:
- Видимо, чувствительность, подавляемая всё это время, вырвалась на волю и даёт о себе знать. Ничего, со временем вы привыкнете.
- Нет, всё дело в Раноле, - настаивала архивариус. - Ведь другие гуманоиды не вызывают у меня такой реакции.
- Может, вам устроить ещё одну аудиенцию? - предложил Заг.
- Не стоит, мне вполне хватило мимолётной встречи, - Сивана картинно зевнула. - И вообще я так устала с этими перелётами. Сразу чувствуется разница в часовых поясах. Надеюсь, мне выделят отдельный шатёр?
- Да, у нас такие предусмотрены, специально для гостей. Без излишеств, зато растущая рядом растительность благоприятно сказывается на сне.
- А будильник там есть?
- Обижаете! Мы анималы, а не звери, - начальник усмехнулся. - Правда, некоторые грамотеи до сих пор думают, что это одно и то же. Там стоят отличные часы с передовой электроникой, остались ещё от Нраку и его войск.
- Отлично! Это мне подойдёт.
Архивариус вышла на улицу. Её раздирало любопытство, но она надеялась вдоволь удовлетворить его в шатре вождя.
“Услуга за услугу, - подумала девушка. - Я почти уверена, что эта таинственная личность виновата во всех злоключениях”.

Глава 19

Прошло несколько томительных дней, которые Пиренг провёл, разрываясь между постелью больного отца и троном, на котором его хотели видеть все чиновники, а Сивана - в библиотеке, запоем читая “Апокриф мира” новым способом. Чем больше она узнавала, тем отчётливее понимала, что врагов слишком много, и они хорошо организованы.
- Теория всемирного заговора, - усмехнулся наследник, услышав озвученные опасения. - Помнится, Таррик рассказывал мне о таком мировоззрении, которое, как правило, доводит людей до мании преследования.
- Какое это имеет отношение к учёбе?
- Никакого. Наверное, поэтому папа так часто с ним ссорился. А наставник всегда говорил, что будущий монарх должен быть всесторонне развит.
- Интересно, где он сейчас?
Пиренг пожал плечами. Всё это время он исполнял исключительно представительские функции и был сыт этим по горло. Посетители требовали аудиенции с ним, а, увидев, как он чинно сидит на отцовском троне, тут же уходили прочь. В результате дела, требующие государева разрешения, накапливались, но никто не предлагал мальчику подписать даже самый незначительный указ.
- Таррик мне нужен прямо сейчас, притом целым и невредимым, - молодой монарх грозно сверкнул глазами. - Придётся напомнить этому Картосу, кто тут главный. Если он действительно хочет добиться аудиенции, то пусть шевелится, а не ждёт, когда гуманоиды сами вернутся во дворец.
Разговор с безликим не принёс ожидаемых результатов. Собеседник был нарочито вежлив, временами лебезил, но было сразу понятно, что он просто оттягивает время.
- Если вы не в состоянии выполнить мою просьбу, так и скажите. Я обращусь к профессионалам, - наследник надеялся, что таким образом заденет достоинство мужчины.
- Я стараюсь, юный монарх, - заискивающе улыбнулся политик. - Могу я поговорить с вашим отцом?
- В этом нет никакой необходимости.
- Неужели он заболел? - обеспокоено спросил Картос.
Это были искренние чувства, ведь скоропостижная смерть императора не входила в его планы. В таком случае трон автоматически перешёл бы к мальчику, а после его проверки на адекватность, возможно, к Совету безотказных машин. Прагматичные техносы просчитали всё, даже ситуацию, когда наследника нет или в силу определённых причин он не может занять место, принадлежащее ему по праву.
“Чтобы не допустить смуту в связи с безвластием, оцифрованные образы умерших правителей превратят не только в законодательный, но и исполнительный орган. А уж их я точно не смогу заставить отречься в мою пользу, - подумал политик. - Надо послать во дворец лучших агентов, всё равно этот щенок не скажет правды”.
Пиренг задумался. Зная, что безликие ввиду своих природных способностей могут принимать любой облик и проникать в самые засекреченные места, он решил не отвечать на этот вопрос.
- Даю вам последний шанс реабилитироваться в глазах нашей империи, - сказал он и отключился.
- Что он сказал? - спросила Сивана. - Этот негодяй не хочет нам помочь?
- Дело не в нём, - сухо произнёс мальчик. - Пока в стране нет порядка, к нему нельзя призвать и всех остальных.
- Мне кажется, не время заниматься внутренними делами, когда твой отец дышит на ладан.
- Кто из нас двоих благородных кровей? Лучше скажите, как проявляется пророчество у безликих.
Уязвлённая архивариус пересказала историю Элацио.
- Отлично! - обрадовался Пиренг. - Это то, что мне нужно.
Дальнейшие его действия плохо вязались с образом гуманоида, которого ещё год назад никто не принимал всерьёз. Теперь же важные техносы были вызваны на экстренный совет, посвящённый улучшению мер безопасности. Слово взял юный монарх:
- Почему в нашей империи контрразведка ограничивается таможенным контролем и подслушиванием кривотолков на базарной площади?
Какой-то чиновник возмущённо поднял брови:
- Так заведено испокон веку. К тому же, это безотказный способ выявления крамольников и шпионов, вгоняющих мирное население в смуту.
- А как же быть с безликими?
- Простите, ваше превосходительство, на что вы намекаете?
- На то, что пока вы спорите с государем, ваши коллеги отчего-то молчат. Трусость никогда не была характерной чертой нашей расы.
Сидевшие за столом загудели. Дождавшись, когда сотни голосов слились в один животный вой, мальчик вышел из помещения и поспешил в комнату с пультом наблюдения. Там на непредвзятых дисплеях некогда спокойные техносы кричали друг на друга и проклинали Матиса, произведшего на свет такое недоразумение.
“Если хочешь узнать, что на самом деле думают о тебе гуманоиды, скажи им правду и выйди за дверь, - усмехнулся Пиренг. - И лестные оценки не заставят себя ждать”.
Начиналось всё культурно. Явно сочувствующие чиновники выразили своё уважение к молодому монарху:
- Взвалил на свои хрупкие плечи такую тяжесть.
- Надо бы ему помочь.
- Весь в отца, такой же деятельный.
Но очень скоро слово взяли недоброжелатели:
- Да что он себе позволяет? Умничает при живом отце. Думает, что никто не знает о его проблемах со здоровьем. Если папаша загнётся, его ведь тут же турнут с трона. Кому нужен имбецил в качестве правителя?
“Самое время для операции под кодовым названием “Кнут и пряник”, - решил юный монарх. - Сейчас мы посмотрим, с кем все эти годы работал мой папа”.
Он вернулся к гостям и попросил извинить за резкий выпад, ибо в последнее время сам не ведает, что творит.
- Сезонное обострение, - пояснил хитрый ребёнок. - Ни для кого не секрет, что я не совсем здоров. Но давайте не будем о грустном.
С этими словами он похлопал в ладоши, открылись двери, и официанты в строгих костюмах стали разносить изысканные яства.
- Сначала обидел, а теперь хочет загладить свою вину, накормив до состояния обожравшегося анимала, - прошептал чей-то подленький голосок. - Не удивлюсь, что еда будет отравлена.
Пиренг тонко усмехнулся. Это было бы чрезвычайно просто и безвкусно. История знает не мало примеров, когда на пиру союзники травили друг друга, но здесь был особенный случай, ведь мальчик хотел не избавить от неугодных, а вычленить из стройных рядов засевших лазутчиков.
- За юного монарха и его радушие! - первым произнёс тост чиновник, который единственный осмелился возразить императору.
“Или он отходчивый, или прекрасный приспособленец, - подумал Пиренг. - Ничего, не долго осталось мучиться в догадках”.
Когда последний гость в сладкой истоме отодвинул блюдо и рюмку (а произошло это нескоро), ребёнок вновь похлопал в ладоши, но на этот раз вместо официантов в дверях появились элитные имперские войска.
- Кто-то заказывал мальчиков? - засмеялся чей-то тенорок.
Солдаты молча передёрнули затворы винтовок и расстреляли ни в чём неповинную люстру. С потолка посыпались драгоценные осколки, которые отражали самодовольное лицо юного монарха. Он встал из-за стола и процедил:
- Мне надоели ваши лживые речи! Можно было, как кто-то шептал за столом, отравить еду и питьё, но это слишком просто. Я решил покормить вас перед смертью и дать фору. Три секунды мои воины будут бездействовать, а потом погоняться за вами вслед, чтобы расстрелять. Ну, желаю удачи!
Расчёт оказался верный. Гости в едином порыве дёрнулись со своих мест и выбежали в коридор. А далее все лазутчики как один сделали непростительную глупость. Решив, что солдаты будут гнаться исключительно за чиновниками (хотя откуда им знать каждого столоначальника в лицо?), безликие, которых на званом приёме было чересчур много, в едином порыве стали трансформироваться, да так и остались в неподвижном состоянии скрюченного паралитика.
- Чего и следовало ожидать, - засмеялся Пиренг, обращаясь к элитным имперским войскам. - Когда остальные вдоволь набегаются, изловите их, только не причиняйте вреда. Доставьте их в зал для брифинга, я сам лично объясню им, что это было за представление.
Когда Элацио с другими агентами похитил Таррика, Картос опрометчиво решил оставить рядовых агентов на прежнем месте, чтобы не вызвать подозрение резкой иммиграцией местного населения. Безликие были повсюду: среди дворни, охраны, торговцев и даже чиновников средней руки. Последние с течением времени пробились в высшие круги и лоббировали интересы отчизны и, прежде всего, своего хозяина. Теперь же все они были изловлены, а мелкие сошки, подслушивающие и подсматривающие во дворце, не интересовали императора.
- Может, с прислугой провести то же самое? - предложила Сивана, узнав о происшествии на званом приёме. - Они ведь могут перейти к решительным мерам, а твой отец ни жив, ни мёртв.
- Нет, они затаятся на некоторое время, которого мне должно хватить. Сейчас пресс-служба соединяется с Картосом, чтобы крупным планом показать ему, скольких безликих я изловил. Думаю, это его подстегнёт, а то он мнит себя всесильным. Расположил свою агентуру во дворцах и домах правительства и считает, что уже владеет информацией.
Архивариус удивлённо посмотрела на собеседника. Несколько дней полнейшей самостоятельности окончательно превратили его в самодовлеющую личность. В голову девушки даже закралась крамольная мысль: а захочет ли юный монарх, почувствовавший вкус власти, передать трон выздоровевшему отцу. Впрочем, Матис был ещё очень слаб, а его сын не так долго правил, чтобы забегать так далеко вперёд.
- Надеюсь, вы простите меня за дерзость, - подытожил молодой монарх, окончив рассказ перед техносами, в чьей подлинности он не сомневался.
Чиновники, коих осталось не так уж много, одобрительно загудели.
- В таком случае прошу меня извинить. Я должен вернуть Таррика, только он может помочь моему отцу.
- Это совершенно ни к чему, - неожиданно сказал всё тот же отважный столоначальник. - После того как мы расскажем об этой операции, общественность признает вас как полноправного императора. Да и Совет безотказных машин не сможет опровергнуть ваш острый ум.
- И что вы мне предлагаете?
- Правьте нами!
- При живом отце?
- Только прикажите, и это будет исправлено.
Техносы оставались рациональными циниками даже в трудную минуту, когда, казалось, пророчество должно было окончательно низвергнуть их в бурю истерических эмоций. Они искренне хотели счастья своей стране, поэтому, оценив сегодняшний поступок мальчика, решили, что нельзя медлить.
- Кто знает, в кого вы превратитесь, пока ваш отец умрёт своей смертью? - продолжал чиновник. - Безусловно, он прекрасный правитель, стабилизировавший ситуацию как внутри страны, так и на международной арене, но ему не хватает вашей авантюрности.
- С годами это у меня пройдёт, - отшутился Пиренг.
- Вот этого мы и боимся. Ужасно, когда молодой реформатор с годами превращается в старого консерватора.
- Такие решения не принимаются ежесекундно. Мне нужно время. А теперь прошу меня извинить.
В голову лезли самые разнообразные мысли, но император отогнал их и сосредоточился на предстоящем разговоре с Картосом, чья нерасторопность начинала раздражать.
- Ну, как вам картинка? - весело спросил Пиренг, когда с дисплея исчезли снимки плотно поевших агентов, корчащихся от трансформации.
- Даже не знаю, что сказать, - начал политик. - Понимаете, у каждой нации своя изюминка. Так получилось, что мои соотечественники, не входящие в Совет ликов, могут преспокойно изменять свою внешность, и этого никто им не может запретить.
- Хватит! - собеседник рыкнул как неокрепший львёнок. - Я вполне адекватен, чтобы понимать, откуда в моём Отечестве взялись лазутчики. Где Таррик и Элацио?
- Я сам бы хотел это знать, - совершенно искренне сказал Картос.
- Хорошо, будь по-вашему. Но только потом не говорите, что я дал вам шанса всё исправить.
- Вы хотите объявить мне войну?
Мальчик засмеялся:
- Всё-таки как плохо, когда тебя воспринимают как имбецила. Думаете, я не знаю, какие последствия повлечёт за собой это опрометчивое решение? Вы сразу же спрячетесь за спину государства, к которому я не имею претензий. Нет, мы пойдём другим путём. Пострадать должны только вы.
- И как?
- Очень просто. Я свяжусь с правительствами каждой расы и расскажу им, как вывести на чистую воду лазутчиков безликих, и от себя добавлю, кто их шеф.
Политик задумался. Конечно, со всеми мальчик не свяжется, поскольку малахи вообще не имеют руководящих органов, официальные власти сексуалов одинаково плохо относятся ко всем иностранцам без исключения, а шестая раса до сих пор не заимела официальных представителей и зарегистрированных каналов связи. Оставались одни лишь анималы, которые действительно с превеликой радостью растерзают лазутчиков и съедят их под острым соусом.
- Извините, но меня не запугать этим детским лепетом, - наконец произнёс Картос. - Я думал, что мы сможем всё решить мирным путём, но вы не хотите подождать и несколько часов. Как можно говорить о долгосрочных отношениях с государством, правитель которого резок как понос?
На этот раз безликий первым прервал разговор, отчего остался очень довольным собой. А вот Пиренг чувствовал себя оплёванным, как капризный ребёнок, который вместо сладкой конфеты получил порцию жгучих розог.
- Ну, ты убедил его быть расторопнее? - спросила Сивана, увидев печального мальчика.
- Послушайте, архивариус! - деловито сказал тот. - А по какому праву вы мне всё время тыкаете? Может, мы близкие родственники или равные по рангу?
От неожиданности девушка открыла рот. Это было уже второе потрясение, когда собеседник недвусмысленно давал понять, кто тут главный.
- Простите, ваше превосходительство, - торжественно проговорила архивариус, - свою нижайшую рабыню. Я действительно совсем забыла, с кем разговариваю.
Пиренг ударил себя по голове:
- Что со мной происходит? Прав был Таррик, когда говорил, что жизнь чёрно-белая. Пять минут назад мой триумф подогревался льстивыми речами чиновников, а теперь я чувствую себя хуже некуда. Простите меня, просто столько всего навалилось.
- Я тоже не должна была ехидничать. Так что там с Картосом?
Собеседник в общих словах объяснил ситуацию и опасливо посмотрел на Сивану, боясь, что та поднимает руки вверх или вообще заплачет в знак своей беспомощности. Но девушка даже не думала раскисать. Не имея чёткого плана, она бодро улыбнулась Пиренга и пропела:
- В принципе, всё в порядке, жизнь и не должна течь по пути наименьшего сопротивления. А вот если бы этот политик выполнил наше требование, тут бы крылся подвох. Единственно плохо, что я так мало знаю. Элацио обещал всё рассказать по дороге, но не успел. После его похищения у меня на руках остался “Апокриф мира”, а в голове засела пара имён. Думаю, стоит к ним отправиться, другой зацепки всё равно нет.
- Мы полетим вместе, - Пиренг блеснул глазами.
- Нет, подданные не переживут потерю третьего по счёту правителя. Жизнь первых двух находятся в большой опасности, и я не могу позволить себе подвергнуть ей и твою. К тому же, кто-то должен хранить книгу, она поистине бесценна, если уже принесла столько несчастья.
- Хорошо, тогда держите этот коммутатор. С помощью него мы всегда будем на связи. Удачи!
- Рекомендую снять ролик о сегодняшнем разоблачении.
- И крутить его по всем каналам? Это не возымеет действия на граждан, только законченные киноманы смотрят ящик, остальные же заняты делом.
- Дешёвый популизм здесь ни при чём. Просто порадуй своего отца. Положительные эмоции способны творить чудеса.
У мальчика задрожали губы, и архивариус поспешила на корабль, чтобы не видеть своего монарха в минуту слабости. Заскучавший пилот встретил её как близкого родственника и едва не отдал честь.
- Это вы? - обрадовался он.
- Конечно! Я же говорила, что вернусь. Ну, поехали.
- А куда?
- В земли клана анималов, увлекающихся искусством.
- Вы повезёте им гуманитарную помощь в виде раскрасок и детских книг, чтобы они соответствовали своему названию? - улыбнулся штурман.
- Зря язвишь. Насколько мне известно, под волосатой шкурой у этих гуманоидов доброе сердце и светлый ум.
- Наверное, именно поэтому у них так распространён каннибализм.
Мужчина продолжил озвучивать стереотипы об этой расе, но Сивана не слушала. Впереди её ждала встреча с Загом и Нотром, о которых безликий отзывался самым лучшим образом.

Глава 18

Мужчина подошёл к гипсовой фигуре гуманоида, то ли сражающегося с гидрой, то ли делающего себе педикюр столь изощрённым способом, и прокричал:
- Минуточку внимания! Мы иностранцы, которые хотели бы поговорить с Атром. Вы можете нам в этом помочь?
Гудевший ещё минуту назад рой пчёл замолчал и подозрительно уставился на иноземцев.
- А вы уверены, что они безобидны? - плаксиво спросил политик.
- Безусловно! Я же читал. Впрочем, - засомневался Инал, - я мог попутать расы. Какой народ питается собственными экскрементами?
- Малахи.
- В таком случае прошу меня извинить. Я ошибся.
Толпа недружелюбно настроенных жителей стала угрожающе придвигаться.
- Похоже, ваш ляпсус будет стоить нам жизни.
Один мужчина средних лет достал из кармана острую пилочку для ногтей и, поигрывая ею как кортиком, выступил вперёд. Его примеру последовали остальные представители сильного пола. Девушки обречённо вздохнули, решив, что прямо на их глазах на двух иностранцев в городе станет меньше, что, соответственно, уменьшит шанс выбраться из страны.
- Стойте, а то хуже будет! - выкрикнул кто-то из толпы.
Безликие устремили свои взоры на голос, ожидая увидеть рельефного парня с квадратным подбородком, который только зубами поднимает килограмм пятнадцать. Увы, к скульптуре подошёл худощавый субъект, явно страдавший от неправильного обмена веществ, и, поправив соломенные волосы, спадающие на прыщавый лоб, внимательно посмотрел на иностранцев.
- Помнится, та женщина приняла нас за последователей Атра из-за внешнего вида. Похоже, мой план удался. Этот тип отведёт нас к своему шефу, - прошептал Инал.
- Всё возможно, - согласился политик. - Только на этот раз переговоры буду вести я.
Недовольное мужское население, очевидно, посчитав, что замухрышка не сможет остановить такую ораву, продолжило своё наступление.
- Вы забыли, кто я такой? - зычно спросил парень и тут же совершенно иным тоном обратился к мужчинам: - Разрешите представиться, Уйц, правая рука Атра.
- Очень приятно, я Корто, это мой товарищ Инал. Мы оба уважаемые члены Совета ликов.
- Что вы тут делаете? Это же совершенно другое государство.
- Приятно встретить гуманоида, разбирающегося в политике.
Толпа вновь загудела. Самый смелый выкрикнул:
- Уйц, уйди прочь! Мы не желаем тебе зла, ты ведь просто пешка в чужой игре. Оставь нам этих лазутчиков.
- Они пришли к нам с миром.
- А уйдут на погост своим ходом.
- Не вынуждайте меня, - тихо произнёс сексуал.
- И что ты нам сделаешь? - усмехнулся мужчина.
- Для начала плюну в лицо, потом, может, почешу шелушащуюся кожу и кину в вас отслоившиеся лохмотья. Или даже посыплю ваши головы своей перхотью. Ну, готовы? - с этими словами парень стал яростно чесать голову.
“И чего только ни придумают, лишь бы не мыться, - подумал Инал. - Видимо, в округе он слывёт законченным грязнулей, если народ попятился”.
Действительно, никто не рискнул приблизиться к политикам. Осудив действия немытого поборника внутренней красоты, гуманоиды пошли в прежнем направлении.
- Не знаю, как вы это сделали, но у меня нет слов, - пропел Корто.
- Нас считают прокажёнными. Глупые! - с чувством произнёс Уйц. - Мы не больны, просто первыми почувствовали приближение пророчества. Между прочим, они сами постепенно приближаются к нашему состоянию, просто не хотят этого признать.
Увидев глаза собеседников, округлившиеся от переизбытка информации, новый знакомый мягко улыбнулся:
- Простите, вы, должно быть, ничего не знаете. Кстати, а зачем вам нужен Атр?
- Он наш спаситель, которого мы прежде никогда не видели. Хотелось бы переговорить с ним, узнать причину столь великодушно поступка и отблагодарить в пределах разумного.
Конец предложения безликий особо выделил интонацией, давая понять, что знает себе цену, которая хоть и с множеством нулей, но всё-таки реальна. Он никогда не был идеалистом, считавшим, что душа первична тела, бесценна по определению и даже может переселяться в другие организмы.
- Хорошо, я отведу вас к мессии. Только сразу хочу предупредить: если вы задумали дурное, откажитесь от своей затеи. В противном случае наш учитель вас не простит.
Политики знаками показали, что они агнцы, которых дважды за этот день пытались умостить на заклание, поэтому не смеют помышлять о недопустимом.
- Эх, знали бы вы, сколько гуманоидов говорили точно такое же, а потом нападали на Атра.
- И где они теперь?
- В сырой земле, - вздохнул Уйц. - Но не будем о грустном. Вы же не собираетесь к ним в соседи?
Гуманоиды достаточно долго шли по городским ландшафтам, иногда заходя в лесные массивы для запутывания следов. Сексуал то и дело останавливался возле каждого дома и с виноватым видом сообщал, что перепутал место явки.
- Понимаете, когда случилась трагедия, нашлись обезумевшие, обвинившие во всём учителя. Вот теперь нам приходится скрываться, ежедневно перемещая лагерь.
- А как же вы в них не путаетесь? - удивился Инал.
- В том-то и дело, что каждый день кого-нибудь да потеряем. Впрочем, это даже к лучшему. Таким образом отсеиваются лазутчики и недавно пришлые, которые просто ищут панацею, а не новую веру. А вот теперь точно пришли!
Политики, счастливые до щенячьего визга, со всех ног бросились в халупу. Та в отличие от классических для сексуалов антуражей внутри была такой же паршивой как снаружи. На колченого табурете, очевидно, служившим троном, сидел сонный мужчина невыразительной наружности.
- Помнится, вы что-то говорили о сильном игроке. Не хотите забрать свои слова обратно? - ехидно спросил союзник.
- Должно быть, тут какая-то ошибка, - прошептал Корто. - Но если это действительно Атр, то теперь мне понятно, почему все наши предшественники пытались его убить. Он и так еле живой, чего же так мучиться.
Уйц легонько притронулся к плечу товарища:
- Учитель, к вам пришли. Говорят, что вы спасли им жизнь.
- И чего я только не делаю, - проворчал мессия, - а счастья как не было, так и нет.
Он внимательно посмотрел на гостей своими мутными глазами и распахнул халат.
“Наверное, здесь так принято приветствовать, - подумал Инал. - Представляю, как приятно здороваться с девушками, едва успевшими накинуть пеньюар после душа. Они такие влажные и зовущие”.
Безликий поймал себя на мысли, что за недолгое пребывание на этой земле, оказался безнадёжно покорён красотой здешний девушек. Он не раз слышал истории о страстных куртизанках и беспрекословных наложницах, но всегда считал, что политик не можете себе это позволять.
“Ну и дурак же я был! - посетовал мужчина. - Подкупаю рядовых членов Совета ликов, участвую почти во всех махинациях Корто, а до сих пор не попробовал этот запретный плод”.
Его размышления прервал Атр, выпячивавший впалую грудь.
- Режьте меня! - приказал он.
- Зачем?
- Ну, или колите. Вы же за этим пришли?
- Вовсе нет. Скажите честно, что вам надо? - прямо спросил магнат.
Сексуал, привыкший, что это от него вечно требуют невозможного, разинул рот от удивления. Инал продолжил:
- Спасибо за помощь, вы нас выручили. Я магнат, поэтому прекрасно знаю, что в этом мире ничего не делается бесплатно. Итак, хотелось бы знать цену вопроса.
Парень затравленно посмотрел на собеседников и обратился к Уйцу:
- Кого ты ко мне привёл?
- Когда я увидел на городской площади столпотворение, то подошёл и услышал, что эти иноземцы утверждали, что вы спасли их.
- Я впервые их вижу.
- Выходит, солгали?- почему-то грустно спросил сексуал.
- Похоже на то.
- А почему же не попытались убить, как делали остальные?
- Что ты ко мне пристал? - возмутился Атр. - Смерти моей хочешь, на моё место метишь?
- Не говорите так, учитель!
- Действительно, что-то я погорячился. Наверное, всё дело в этом. Смотри! - парень протянул ладонь, на которой лежал огромный клок волос. - Сегодня утром с подушки собрал. Даже боюсь подумать, что будет завтра.
- Кошмар! - ужаснулся товарищ. - Пророчество начинает сбываться семимильными шагами.
- Да я сам в шоке.
Инал, видя, что сейчас совершенно не до них, вежливо шаркнул ножкой и, пожелав здоровья и долголетия, попытался удалиться.
- Вы уже уходите, так и не узнав, что же произошло?
- Наверное, это какое-то недоразумение. У вас случайно нет никакого однофамильцы из среды политиков? Может, правитель или, наоборот, его враг?
Сексуал расхохотался:
- А вы чудные! Кто же едет в чужую страну, не имея малейшего представления о её истории, территориально-административном устройстве и форме правления? У нас нет главы государства, есть лишь торговая федерация, состоящая из купеческих домов. Они-то и определяют политику.
- Слушайте, как умно! - восхитился магнат. - Я сам из среды коммерсантов и знаю, какой вклад в развитие страны вносит наша порой незаметная деятельность.
- Только не пытайтесь лизать мне пятки, - отрезал Атр. - Я как раз таки нахожусь в оппозиции к официальным властям. Правда, они сами записали меня в смутьяны, а на самом деле я носитель новой веры.
На этот раз оживился поникший Корто:
- Я сам с большим уважением отношусь к гуманоидам, которые не боятся пойти против устоев общества. Раз уж так получилось, что мы здесь, то хотелось бы поучаствовать в народной борьбе против тирании.
Хитрый политик тут же разработал не слишком мудрёный план. Если он спокойно управляет карманной оппозицией в своей стране, то почему бы не профинансировать недовольных в чужом государстве, чтобы, спровоцировав мятеж, привести к власти лояльное правительство? Атр виделся отличным персонажем, который поведёт за собой толпу, а потом скоропостижно умрёт от рук предателя. На эту роль прекрасно подходил Уйц или даже Инал, которого, как магната, алчного богатея и поборника буржуазного устройства общества, всегда можно записать в лазутчики, присланные торговой федерацией.
- Народная борьба, говорите? - усмехнулся сексуал. - Первоначально весь гнев толпы был направлен на меня, и лишь теперь эта ситуация постепенно изменяется к лучшему.
Пророчество, коснувшееся техносов, безликих, анималов и даже малахов, не обошло стороной и самую красивую расу на планете. За некоторое время до этого экзальтированный Атр призывал отречься от внешней красоты и перевести её во внутреннюю. Эта идея не получила народной поддержки по вполне прозаичным причинам.
Граждане вели разгульный образ жизни, восхищались собственной красотой и даже не думали особо напрягаться на благо родины. Девушки испокон веку ждали своего прекрасного принца, который обязательно должен быть богатым иностранцем. Парни мечтали о том же, пол второй половинки не имел для них никакого значения. Рождаясь, они достигали половозрелого возраста и спокойно покидали пределы страны, если их до этого времени не похищали контрабандисты. Отношение к отчизне было как к временному местопребыванию, поэтому тяжёлой и оборонной промышленности, как и армии с полицией там не было. Все трудовые ресурсы увлечённо работали на фабриках по производству парфюмерии, косметики и прочих средств, подчёркивающих, увеличивающих, а в некоторых случаях просто делающих красоту. Так жило не одно поколение, поэтому ломать стереотипы из-за детского лепета страшненького от рождения Атра никто не собирался.
- Да ты просто завидуешь нам, вот и всё. Будь сам писаным красавцем, давно бы как все обзавёлся полудюжиной любовниц и просыпался каждый раз в новой постели, - говорили ему соотечественники.
В их словах было рациональное зерно, поскольку апостолами новой веры стали отнюдь не симпатичные гуманоиды. Как у животных рождаются альбиносы, так и среди сексуалов встречаются белые вороны. Но всё переменилось в один прекрасный день, когда высокое должностное лицо из торговой федерации, заинтересовавшись слухами о безумце, несущем ересь на городской площади, пришло послушать проповеди парня. Тот как всегда был красноречив и от избытка эмоций и слюней обрызгивал первые ряды.
- А это незаразно? - пошутил мужчина.
Подхалимы тут же сардонически рассмеялись. Атру следовало промолчать, но уязвлённая гордость не позволила стерпеть насмешку.
- Если я безумец, то нет, - ответил он с горящими глазами. - Если же я предтеча новой религии, возвращающей всех гуманоидов обновлённой Земли в первозданный вид, то одна моя слюна может вызвать необратимую реакцию.
Наутро проповедник проснулся скандально известный, поскольку у высокого столоначальника лицо пошло крупными красными прыщами, а очень скоро язвы появились и у тех, с кем он общался. Общество, ещё недавно считавшее парня сумасшедшим страхолюдиной, тут же разделилось на два лагеря. Одни фанатично уверовали в мессию Атра, который задолго до печальных событий призывал обратить внимание на душевную красоту и внутренний мир, откинув легкомысленность, чрезмерную любвеобильность и самовлюбленность. Другие же считали парня сосредоточением всех бед.
- Это иностранный шпион, запустивший на нашу территорию язву, которая, кто знает, может перерасти в моровую, - предположил кто-то из врагов.
Потом, конечно, все вспомнили, что гуманоид был исконным сексуалом, но идея о вредных иностранцах, пытающихся отобрать последнее - красоту, настолько понравилась народу, что стала прекрасным поводом для закрытия границ.
- Так вот, почему та женщина не захотела с нами разговаривать, когда узнала, что мы нездешние, - догадался Инал. - А молодые девушки вообще отказывались от общения, едва заслышав ваше имя.
- Естественно, ведь оно уже стало нарицательным. Это как название неизлечимой болезни или страшной природной стихии вроде тайфуна или ценами, которые никого не пощадят. Я ведь разрушил все их надежды. Иностранцам сюда не проникнуть, стало быть, придётся до конца своих дней чахнуть на родине.
- Разве это так плохо?
- А что хорошего в беспорядочных интимных связях и работе с духами и маслами?
Собеседники пожали плечами. Один всю сознательную жизнь занимался предательством и запугиванием рядовых членов Совета ликов, другой же, относительно недавно примкнув к товарищу, предпочитал покупать лояльность, а не мараться в крови. Оба не привыкли честно работать в поте лица и тесно общаться с противоположным полом. Гораздо больше им нравилось унижать себе подобных, тем самым, возвышаясь над серой толпой.
- Не хотелось бы никого обижать, но у вас на улицах так грязно, - осторожно сказал магнат.
- Вы, верно, шутите! - засмеялся мессия. - Кто же будет подметать улицы и стричь газоны, когда все здесь такие красивые и любвеобильные?
- То есть тут все парфюмеры и мыловары?
- За редким исключением. Ещё есть те, кто всё это продаёт. И, разумеется, зарабатывают больше всех остальных, но туда простому смертному не пробраться.
Гости поведали несколько лживых слов о демократии в их стране, где можно подняться из низов и стать уважаемым членом общества, однако сказка не подействовала на Атра.
- Ну, что вы скажете теперь, когда всё знаете? - спросил он. - Всё ещё горите желанием помочь?
- Мы-то думали, что обязаны вам своей жизнью, - начал Корто, - а теперь выходит, что это какое-то недоразумение. Однако мы благодарны за радушие, поэтому по возвращении в свою страну обязуемся принять обоюдовыгодный закон и лично от себя помочь материально.
- Боюсь, это невозможно.
- Почему? - удивился политик.
- У нас по-прежнему закрыты границы.
- Можно мы с товарищем обсудим сложившуюся ситуацию наедине?
- Конечно. Зайдите за ширму и шепчитесь, сколько вам влезет. Но какой в этом смысл? Всё и так решено.
Едва союзники остались наедине, как Инал горячо зашептал:
- Милейший, вам не кажется, что мы попали в хорошо спланированную ловушку?
- Вы тоже об этом подумали?
- Конечно! Ведь если разобраться, то все солдаты, якобы помогавшие нам бежать, вели себя довольно странно. Например, тот, который огрел Картоса прикладом по голове. Он же не бежал с нами, а, пожелав удачи, вернулся на пост. Да и пилот, который оставил нас здесь, не вызывает доверия.
- Он всё просчитал наперёд. С мёртвыми телами пришлось бы возиться или оставить у себя в цитадели убийственные улики, а так всё шито-крыто. Никто не додумается искать первых лиц в чужом государстве, границы которого на замке. Надо заметить, что всё здорово придумано.
- Даже чересчур.
- Мне кажется, нашему общему врагу помогал кто-то без меры умный, - вздохнул Корто. - Ведь выбора у нас действительно нет.

Глава 17

Когда боль утихла, политик решил устроить разбор полётов. Первому досталось перестаравшемуся охраннику:
- Идиот! Я же просил только для видимости тюкнуть меня прикладом, а ты, дурья башка, едва не проломил мне череп.
На обновлённой Земле уже никто не помнил систему Станиславского, которая послужила бы отличным оправданием для солдата. Тот, воодушевлённый до предела, что ударит повелителя и за это ему ничего не будет, настолько вжился в роль, что совсем забыл об инсценировке событий. В памяти сразу же всплыли все моменты, когда Картос незаслуженно его обижал, и приклад стал отличным средством мщения.
- Почему молчишь?
- Я виноват. Не рассчитал силу, вот и получилось. Извините, - воин покорно встал на колени.
Картос смутился. Если бы это сделал политик, он бы не поверил в искренность раскаяния, решив, что хитрый лис хочет остаться в ближайшем окружении, чтобы в следующий раз вогнать кинжал в спину по самую рукоятку. Но это был простой солдат-недотёпа, от которого невозможно было ожидать завуалированной хитрости.
- Прибить бы тебя, да и так служить некому, всё больше олухи попадаются. Ладно, живи и помни о моём милосердии.
- Век не забуду!
- Ты столько не проживёшь, - усмехнулся хозяин, - в следующий раз обращусь к послушным воинам союзника, уж они-то точно не подведут.
- Но разве эти истуканы смогут сыграть с таким чувством и искренностью?
Безликий тяжело вздохнул. С такими подчиненными ему не грозило скорое покорение мира. Впрочем, беглецы были иного мнения о солдатах.
- Вы запомнили лица тех, кто помог нам выбраться из цитадели? - спросил Инал.
- Да, их было не так уж много.
- Надо будет обязательно отблагодарить их.
Корто посмотрел на собеседника взглядом умудрённого опытом психотерапевта, привыкшего каждый день слушать увлекательные истории батальных сцен Наполеона Бонапарта и Александра Македонского. Забавно, но даже после инцидента с космическим артефактом на обновлённой Земле самыми распространёнными персонажами всех психиатрических лечебниц по-прежнему остаются эти великие полководцы. Видимо, за все годы история так и не дала миру настоящих героев.
- Единожды предав, индивид может в любом момент подвести нового хозяина.
- И что же тогда делать?
- Убивать перебежчиков сразу после извлечения от них выгоды. Они будут надеяться на поощрение за свою подлость, а вместо этого получат пулю в лоб.
- Вы настоящий политик. Хорошо, что мы на одной стороне.
- И не говорите. А ещё лучше, что с нами некто Атр. Вот вы знали о секретах цитадели и о том, кто её стережёт?
- Нет, я только слышал, что там огромные площади заполнены произведениями искусства и прочими ценными вещами.
- Вот, - протянул Корто, - а наш новый друг знал всё: потайные комнаты, кто в них находится и как их оттуда вызволить при помощи обслуживающего персонала. Это сильный игрок, помяните моё слово.
Собеседник промолчал. Он был не силён в интеллектуальных развлечениях, зато, будучи преуспевающим магнатом, прекрасно знал, что просто так в этой жизни ничего не делается. За любой политической идеей кроется мелкособственническая подоплёка, поэтому безликий мысленно подготавливал себя услышать от таинственного спасителя кругленькую сумму, в которую будут оценены жизни пленников.
- А вы когда-нибудь убивали гуманоида? - неожиданно спросил политик.
- Что? - удивился Инал.
- Получается, что нет. Хорошо, задам другой вопрос. Вы способны лишить жизни себе подобного?
- Если честно, никогда не задумывался над этим. Денег у меня всегда было предостаточно, поэтому я знал проблем ни с криминальным миром, ни с законом. Ото всех можно откупиться.
- Не всегда. Кто знает, как поведёт себя этот Атр.
Собеседник поёжился. Спектр чувств в его душе разлился от удивления, что соратник не исключает никакого исхода вплоть до летального, до откровенного страха за свою жизнь.
“Похоже, горе-союзник с радостью пустит меня в расход, как только найдёт более богатого союзника, - подумал он. - Да, политик - это ещё большая сволочь, чем коммерсант. У нас хоть какая-то видимость честности: если сделка взаимовыгодная, то вероятность обмана снижается и наоборот. Надо держать ухо востро”.
Соратник, очевидно, поняв, что сейчас думает коллега, решил его успокоить.
- Не волнуйтесь, я вас не брошу, - заверил он, - по крайней мере, сейчас.
- Ещё бы, мы ведь в одной упряжке.
- Простите, я неправильно выразился. Это моё косноязычие.
Как сказал бы опытный психоаналитик, оговорка по Фрейду. Но дедушка Зигмунд был, как и Станиславские и многие другие, незаслуженно забыт. Действительно, кому нужна философия, в основе которой лежит сексуальное влечение, когда техносы по определению не испытывают такого, а сексуалы (название говорит само за себя), любят друг друга без теоретической базы и Камасутры. Что касается лицедейства, то оно исчезло само собой, как только на цифровых дисплеях стали показывать фильмы и сериалы, где все роли принадлежали оцифрованным моделям. Новые герои экранов всегда молоды, хороши собой, не капризничают и не требуют грима. Впрочем, такое телевидение смотрят единицы, остальные же заняты работой, стабильно занимающей время от просыпания до отхода ко сну. Иногда некоторые в этих промежутках умудряются поесть, другие же пользуются услугами кормящих кроватей. Гуманоид ложится на ортопедический матрас, к нему подключаются всевозможные приборы, и устанавливается уровень холестерина и сахара в крови, фиксируется динами изменения химического состава, высчитывается коэффициент соответствия роста и масса тела, после чего через эластичные каналы органического происхождения в организм попадают необходимые вещества в растворённом виде.
“Вот и он попользуется мною, а потом выпьет через трубочку вместе лимфой и подкожной жировой клетчаткой, - подумал Инал. - Жаль, что уже нельзя ничего исправить. Примкнуть к Картосу не представляется возможным, да и он не поверит, что после плена я вдруг решил быть на его стороне. Вида не подаст, но будет постоянно подозревать и следить. Отмежеваться от Корто и стать независимой политической силой тоже весьма сомнительно. Если раньше только чужие рядовые члены страдали от бесчинства воинов оппозиции, то теперь это коснётся и моих”.
- Милейший, чего вы такой грустный?
- Скорее задумчивый.
- Оно и видно. Очнитесь, мы уже на месте.
Когда корабль стал заходить на посадку, Инал удивлённо крутил головой по сторонам. Конечно, он никогда не жил в нужде, поэтому не знал всех злачных мест родины, но всё же не мог поверить, что простое население существует в столь отвратительных условиях.
- Простите, а что это за трущобы?
- Здесь вы найдёте Атра, - равнодушно ответил пилот.
- Какой кошмар! - политик покачал головой. - Наш спаситель роется по помойкам.
Соратник был настроен более оптимистично:
- Возможно, он просто ушёл в подполье и живёт среди люмпенов, чтобы заручиться поддержкой нижних слоёв общества.
Спустившись с трапа, безликие глотнули воздуха, который, казалось, напрочь был лишён кислородной составляющей. Штурман, глядя на кислые физиономии пассажиров, выразительно хмыкнул и, пожелав всего хорошего, стал набирать скорость.
- Минуточку! - крикнул Корто. - Что вы делаете?
- А вы как думаете?
- Он улетает, - прошептал Инал.
- Не подсказывайте, я и сам вижу. Это меня и удивляет. Разве Атра не приказал вам удостовериться, что мы дойдём до его месторасположения целыми и невредимыми?
- А кто вам сказал, что я вообще знаю, кто это такой? - остроумный пилот, привыкший по жизни отвечать вопросом на вопрос, на прощание помахал рукой и уставился на приборную панель.
- Только без паники! - взвизгнул политик. - Я не потерплю истерик.
- А никто и не волнуется. Надо выйти к центру этого местечка и узнать у прохожих, где можно найти нашего загадочного спасителя.
Очень скоро безликие убедились, что находятся не на задворках республики, а значительно дальше от её пределов. Мало того, что местные жители говорили не на общемировом и даже не на государственном языке, так ещё и антураж домов недвусмысленно давал понять, что содержание здесь преобладает над формой.
- Вы это видели? - прошептал Инал. - С виду хибара, а внутри убранство на голову выше того, что я могу себе позволить. Никаких искусственно выращенных драгоценных камней и уж тем более бижутерии. Всё сверкает, это невероятно!
Складывалось впечатление, что это был город богачей, активно скрывающих своё материальное благосостояние. Может, в сельской местности у них жили бедные родственники или налоговые органы здешнего муниципалитета были на редкость жестоки и беспощадны, иначе как объяснить то обстоятельство, что граждане мастерски прятали несметные сокровища за тонкими стенами и обветшалыми заборами.
- Скромность украшает человека, - присвистнул магнат, глядя на безумно красивую прохожую, - милейший, вы знаете, сколько стоят эти шелка?
Корто, никогда не увлекавшийся мануфактурой, безразлично подал плечами. Услужливый коллега шепнул на ухо неприлично большую сумму, отчего голова пошла кругом.
- Одеваясь как боги, они живут среди нечистот, всюду пыль и грязь, которую они преспокойно месят своими дорогими туфлями. Кажется, что лачуги, словно карточные домики, рухнут от лёгкого дуновения ветра, а между тем внутри убранства на великие тысячи. Кто же они такие?
- Вы упустили ещё один момент, - добавил Инал, - они сказочно красивы.
- Не ожидал от вас такого сладострастия. Осторожнее, а то выверните шею, рассматривая их прелести.
На новом месте союзники поменялись местами. Если в Совете ликов Корто голосовал за закон, и вслед за ним шёл соратник, то здесь всё было с точностью до наоборот. Магнат оказался общительным и располагающим к себе гуманоидом, который легко вступал в контакт с незнакомцами. А вот к товарищу прохожие относились с совершенно иными чувствами.
- Видимо, они голосовали за Картоса, - подытожил политик, когда очередной местный житель едва не плюнул ему на ботинок, - очень верный электорат, надо заметить. Думаю, для нашего общего дела будет лучше, если вы поведёте беседу.
Очаровательные девушки мило щебетали на своём птичьей языке, с трудом понимая, что хочет сказать незнакомец на общемировом, но стоило ненароком упомянуть об Атре, они тут же менялись в лице и на ломаном международном советовали спросить кого-нибудь другого.
- Вот видите, даже вашей харизмы недостаточно, чтобы пробить стену недоверия. Интересно, что они скрывают?
- Не знаю, - соратник пожал плечами. - Может, наш спаситель не популярен в здешних краях?
- Или у данной половозрастной группы населения. Попробуйте спросить у престарелых гуманоидов, они, как правило, на редкость разговорчивы.
Очень скоро на глаза попалась женщина, выбивавшаяся из толпы лучезарно улыбавшихся прохожих. То ли она находилась в остром климаксе, то ли не выспалась, так как вид у неё был непростительно измученный и, видимо, потому недовольный.
- Вот эта точно скажет, - прошептал Корто. - Только я вас умоляю, давайте без прелюдий о хорошей погоде, желторотых птенчиках и художественном свисте. Её такой глупостью не заарканишь.
Магнат фыркнул, дав понять, что добровольно не стал бы знакомиться с этой личностью, но дело превыше всего.
- Мы ищем Атра, - дружелюбно сказал Инал. - Как нам его найти?
Женщина оценивающе посмотрела на незнакомцев и, хмыкнув, процедила:
- Теперь понятно, кто входит в его секту. Неудивительно, что он призывает к поиску внутренней красоты и душевности. Вы же уроды!
Корто обиженно засопел. В этой местности образ изрядно постаревшего и обрюзгшего Элвиса Пресли до сих пор вызывал только усмешки и косые взгляды, теперь же его начали обзывать вслух.
- На себя бы посмотрела, - не выдержал политик. - Вокруг столько прекрасных молодок, и ещё ни одна не сказала, что мы трухлявые пни
- Молодежь, что с них взять, - протянула собеседница. - Каждая надеется, что какой-нибудь чужеземец заберёт её отсюда и облагодетельствует.
- Позвольте! - удивился Инал. - Но ведь в домах столько роскоши, это о многом говорит. А если они расстраиваются по поводу грязи на улицах, то советую составить коллективное письмо на имя главы города. Однако это ещё не повод покидать родные пенаты.
Прохожая добродушно рассмеялась, и её лицо моментально преобразилось. Куда-то на задний план ушли впалые щёки, немного длинноватый нос и развесистые уши. Пожалуй, трудно переоценить силу правильной улыбки, способной скрасить все недостатки и подчеркнуть достоинства.
- А вы, я вижу, наивные дурачки. Счастливые, если, дожив до преклонных лет, так ничего и не поняли. Откуда будете, идеалисты-страхолюдины? - весело спросила женщина.
- Из Совета ликов, - с достоинством ответил Корто.
- Это что такое? Очередная секта?
Политик открыл рот от удивления. Столько средств было потрачено на создание образа истинного патриота, борющегося с агрессивной оппозицией, которую он сам и финансирует, а в трущобах так никто и не знает, кого благодарить за счастливое детство подрастающего поколения.
- Надо будет принять закон, по которому за аполитичность можно привлекать к ответственности. Ежегодно будет устраиваться тестирование. Кто не сдал, заплатит и пересдаст. Если с третьей попытки не удастся, отсидит годик-другой, подучит историю, - подумал он.
Но прохожая нисколько не стеснялась своей политической неграмотности, напротив, поняв, что мужчина выходит из себя, стала его подзадоривать:
- Вот такие пироги! Никто за вами не пойдёт, если не случится чудо, как это произошло с Атром. И то мне до сих пор кажется, что это всё спланировано. Враги хотят лишить нас последнего - красоты, чтобы потом превратить в прачек и посудомоек.
Инал ахнул от неожиданности, догадавшись, кто перед ним стоит.
- Так вы сексуалка?
- А что, заметно? - игриво улыбнулась женщина. - Конечно, старость и это несчастье не прошли бесследно. Признаюсь, по утрам я себе не нравлюсь. Если бы не наши косметические средства, которые до сих пор считаются самыми лучшими в мире, я бы вообще постыдилась выходить на улицу.
- Какое несчастье?
- Слушайте, кто вы такие?
- Иностранные шпионы, - встрял в разговор Корто.
Нельзя сказать, что шутка оказалась неудачной, скорее злободневной, поэтому прохожая, чураясь, огородами ретировалась от незнакомцев.
- Для сексуалка она слишком страшная, наверное, её бабка согрешила с анималом, - засмеялся политик.
Приступы безудержного веселья случались с ним только в критических ситуациях, подобно этой. Безликий не знал ответа ни на один вопрос, который себе задавал: кто такой Атр, зачем он их спас и почему о нём на родине не слагают легенд.
- Я думаю, что самое время рискнуть, - решился соратник.
- О чём вы?
- Не волнуйтесь, всё будет в порядке. Я неоднократно натыкался на заметки в прессе об их миролюбивости. Представляете, они даже не располагают ни армией, ни полицией. Будьте уверены, нас не осудят за нарушение общественного порядка. К тому же, вы сами слышали: прекрасный пол воспринимает нас как возможных благодетелей, а таким лицам не принято грубить.
- Действуйте, я вам верю.
- У вас просто нет другого выбора, - улыбнулся Инал.
Он решил поиграть на нервах союзника, который ещё в самолёте казался несокрушимым атлантом, нисколько не сомневающимся в своей победе. Этот безликий находясь в относительной безопасности, подумывал убить всех: солдат, помогших скрыться, самого организатора побега и, возможно, соратника. Теперь же пришло время взять реванш и отомстить за безвозвратно утерянные нервные клетки.
“Только я верну долг с процентами, - подумал магнат, - не зря же я считаюсь лучшим дельцом в нашей стране”.

Глава 16

После последнего визиты агента прошло достаточно времени. Картос даже не предполагал, что ждать - это так тяжело. И если молчание со стороны императора можно было понять, всё-таки птица высокого полёта, то безмолвие Элацио заставляло волноваться и налегать на пищу, после чего происходили курьёзные метаморфозы с организмом. То уши вырастут между ног, то нос поселится в подмышке, отчего без устали чихает. Словом, скучать не приходится.
“Похоже, мой лучший агент пропал вместе с этим малахом. Но куда? Неужели гуманоид, которого я хотел сделать своей правой рукой в Совете ликов, затеял свою игру? - подумал политик. - Если так пойдёт и дальше, от помощи таинственного союзника придётся отказаться”.
Эта смелая идея так возбудила мужчину, что он резко (что похвально для таких габаритов) вскочил с трона и стал нарезать круги по огромному помещению. За этим занятием его застал воин в обмундировании нового поколения.
- Что тебе, солдат моего лучшего друга? - лицемерно спросил Картос. - Принёс весть от своего хозяина?
- Так точно!
Безликий помрачнел. Для него до сих пор оставалось загадкой то, как таинственный союзник на огромном расстоянии улавливает крамольные мысли и тут же связывается, чтобы недвусмысленно на это намекнуть.
- Держите прибор для брифинга. Как только окончите разговор, кликните меня, я буду ждать за дверью.
- Обязательно, - проворчал политик. - Я понять не могу, почему ты буквально из рук выхватываешь этот оптический дисплей на ручке?
- Такова воля хозяина.
- Наверное, он боится, что мои мастера разберут эту штучку и установят его местонахождение.
- Я не уполномочен говорить о таких вещах. Вы всегда можете спросить это у повелителя.
“Солдафон, - презрительно подумал Картос. - Никакого собственного мнения, жизнь только по уставу. Возможно, так и надо. По крайней мере, его хозяин не окажется в моей ситуации”.
Исчезновение Элацио вместе с Тарриком расстроило его, а предстоящий разговор с таинственным союзником так же не располагал к улучшению настроения.
“Опять попросит кого-нибудь похитить, - решил безликий, беря в руки средство для брифинга, - а у меня от этого лучшие кадры разбегаются как усатые насекомые”.
На экране появился привычный силуэт. Лицо собеседника было окутано тенью непонятного происхождения, одинаково ровно ложившейся на все участки кожи, а высокий капюшон не позволял усмотреть растительность на голове. Вот уж действительно таинственный союзник.
- Нраку! - фальшиво улыбнулся политик. - Как я рад вас видеть! Чем могу быть любезен на этот раз?
- Голубчик, вы как всегда в своём репертуаре. Оставьте эту патоку для Совета ликов и предстоящего общения с императором техносов, а меня вы не проведёте.
“Ещё не вечер, - подумал мужчина. - Уж не знаю, что вы задумали, ваше высокопревосходительство несуществующего королевства, но будьте уверены, на финишной прямой я вас переиграю”.
Лицо на дисплее расплылось в широкой улыбке. Похоже, собеседник действительно был способен читать чужие мысли или те были буквально написаны на недовольной физиономии Картоса.
- Вы меня поминали недобрым словом, верно?
- Кто, я? - картинно удивился безликий. - И это после того, что вы для меня сделали?
- Вот видите, даже вы сами понимаете, что неблагодарны как последняя скотина, а всё равно не можете остановиться.
И тут обычно тактичного политика понесло. В нескольких образных выражениях нецензурного характера он обрисовал сложившуюся картину и потребовал объяснений.
- Я так понимаю, повелевающий тон юного Пиренга вам не понравился, - догадался Нраку. - Вы, как и всегда, не подали вида, а теперь не знаете, на кого вылить накопившийся гнев. Мне кажется, вы несколько ошиблись с кандидатурой козла отпущения.
- Может, вы и правы, - легко согласился отошедший Картос. - Просто мне стало обидно, что, помогая вам, я врежу себе.
- Если вы об исчезновении Таррика и Элацио, то не волнуйтесь, это часть плана.
- То есть?
Таинственный союзник выразительно посмотрел на собеседника, который через экран почувствовал безграничную силу говорящего.
- Я же не спрашиваю, зачем вам мои солдаты в таком количестве и с какой целью вы добиваетесь аудиенции с престарелым Матисом.
- Конечно, вы и так это знаете, - с обидой произнёс мужчина.
- А кто вам запрещает изучать метафизику? Она была популярна ещё на прежней Земле, да и сейчас не потеряла актуальности. Почитайте, может, вам понравится.
- Спасибо, если мне приспичит, я найду более скорый способ научиться читать чужие мысли.
Нраку умилённо засмеялся:
- При всей своей алчности и непреодолимом желании возвыситься над всеми вы всё же остаётесь ребёнком. Поверьте, сиюминутных чудес не бывает, на их подготовку уходят годы и столетия.
- В отличие от вас я не располагаю вечностью.
- Вот поэтому внимательно слушайте мои указания, это хоть как-то приблизит вас к заветной цели.
- У меня не осталось достойных агентов для сложных операций. Есть только посредственности, которые годятся в охранники и дворники.
- Вы и себя к ним причисляете?
Картос почувствовал себя малым ребёнком, которого поймали на слове. Вены на шее стали разбухать, когда собеседник добродушно сказал:
- Не вздумайте дуться, мы почти у цели. На этот раз надо не брать в плен, а выпустить из него.
- Кого?
- Инала и Корто. Вы забыли?
Безликий хмыкнул. Это уже был не первый раз, когда он по приказу Нраку похищал оппонентов, держал их в беспамятстве в укромном уголке своей необъятной цитадели, а потом возвращал на прежнее место.
- Вы, наверное, думаете, что я от нечего делать заставляю вас выполнять одни и те же действия, однако это не так. Просто раньше в вашу страну прибывали иноземцы, которые не годились даже на роль пешки в моей шахматной партии. Но теперь с появлением Таррика всё разительно изменилось.
Политик пожал плечами:
- Вам решать, вы же тут главный.
- И это говорит самый тщеславный гуманоид из ныне живущих?
- Против фактов не попрёшь, - угрюмо ответил Картос.
Ему самому было тоскливо, что таинственный союзник, называясь равноправным партнёром, фактически подчинил его, заставив за жалкие крохи выполнять порой нелогичные приказания.
- Возможно, это даже и к лучшему. По крайней мере, теперь вы не испытываете иллюзий, которые при соприкосновении с суровой реальностью ранили вам душу. Кстати, вы хороший актёр?
- Я политик, - гордо заметил мужчина, - то есть лицедей более высокого уровня игры.
- Замечательно! В таком случае инсценируйте побег своих врагов так, чтобы они поняли, кто их похитил и к кому следует обратиться за помощью.
- Вы с ума сошли! - с чувством воскликнул безликий. - В таком случае все мосты будут сожжены, пути назад не будет.
- А зачем вам ретироваться, если вы со мной? - мило улыбнулся Нраку.
“Вот сволочь! - подумал Картос. - Прочитал все мои мысли и знает, что я не собираюсь долго терпеть это подчинительное положение”.
- Ну, так как?
- Хорошо я согласен. И к кому они должны убежать?
- На роль благородного спасителя прекрасно подойдёт Атр.
- Зачем вмешивать сюда сексуалов?
- Пророчество должны исполнить все расы. Конец связи!
Последнюю фразу таинственный союзник сказал нарочито громко, чтобы стоявший за дверью солдат мог забрать прибор для брифинга, что тот и сделал. Вскоре политик оказался наедине со своими путающимися мыслями.
Безусловно, сексуалы были самой красивой расой на обновлённой Земле, ведь они состояли из бывших гетеросексуалов, бисексуалов, гомосексуалистов, асексуалов и любителей нетрадиционных развлечений, которые под воздействием космического артефакта окончательно смешались друг с другом. Но во всём цивилизованном мире отношение к ним было чуть лучше, чем к неотёсанным анималам. Последние были хотя бы в состоянии защитить себя и свою страну, в то время как писаные красавцы то и дело попадали в плен к контрабандистам. Дальнейшая судьба пойманных сексуалов была ясна - на невольничьем рынке они всегда шли по красной цене и пользовались большим спросом, что неудивительно, ибо каждый гуманоид хотел прийти после тяжёлого трудового дня и расслабиться. А представители данной расы были готовы на всё, лишь бы новые хозяева не испортили их ангельскую внешность. Особняком от этой безвольной братии стоял Атр, неоднократно сбегавший из плена. Он искренне верил, что основатель его расы хотел иной жизни для своего народа.
- Сексуальное рабство - это не для нас, - часто говорил парень.
Над ним смеялись как иноземцы, присматривавшиеся к очередной жертве, так и граждане, считавшие, что лучше щекотать пятки чумазому анималу, чем махать лопатой на ветру. С течением времени он оброс последователями, апостолами новой веры, призывающей не делать культ из красоты, а сосредоточиться на внутреннем мире. Впрочем, таких безумцев было около дюжины, хотя история знает примеры, когда из такого безрассудства вырастает целая мировая религия.
“Разве может кучка сексуалов, отчаянно не желающих попасть в бордель, куда им и место, помочь двум видным иностранным политикам? - рассуждал Картос. - Конечно, они мои враги, но это нисколько не умаляет их ведущего положения в управлении страны. Корто следит за всеми, у него наверняка есть компромат и на меня, только он ждёт подходящего момента. В крайнем случае, он всегда может запугать моих соратников, приказав своим цепным псам подкараулить их возле дома. Инал богат как никто в нашей стране и при желании так же может скупить все голоса. Нет, они никогда в жизни не обратятся за помощью к какому-то Атру”.
Рассуждения политика были верны, однако в конце было упущено весьма важное обстоятельство. Очнувшись в плену у своего заклятого врага, они оказались бы без средств к существованию и армией, способной их защитить. А на голом энтузиазме долго не протянешь, когда со всех сторон идут солдаты, оснащённые по последнему слову техники.
- Как там наши пленники? - спросил безликий по громкой связи.
- Всё ещё без сознания. Разбудите и напугайте их. Они должны знать, с кем имеют дело.
- Вы в этом уверены, повелитель? - обеспокоено спросил дежурный.
“Вот поэтому Нраку негласно владеет всем миром, а я только третью голосов в Совете ликов, - подумал мужчина, - у него в подчинении находятся покорные слуги, а мои так и норовят высказать своё мнение”.
Прикрикнув на воина, он велел немедленно исполнить приказ и связался с другими солдатами, которые должны были сыграть определённую роль в этом спектакле. Когда солдаты заняли свои места, хозяин цитадели величественно прошёл в помещение, где всё это время находились пленники.
- Он настоящий зверь, способный на любое безумие, - пугали их слуги, - трепещите, он уже идёт.
- А вот и мои пленники! - мерзко улыбнулся появившийся в дверях Картос.
Враги, до последнего не верившие, что похищение организовал политик, разочарованно вздохнули.
- Как вы могли! - возмутился Корто. - Одно дело расхождение во взглядах и, как следствие, подкуп и запугивание рядовых членов Совета ликов, а совсем другое, когда ведущих лидеров держат в плену как никчемных сексуалов.
- Выходит, ваши действия допустимы, а мои нет?
Инал, поняв, что не в том положении, чтобы спорить с похитителем, незаметно ущипнул товарища и завёл свою песню:
- Мы всегда можем договориться, надо только выяснить цену вопроса.
- Не надейтесь, - ухмыльнулся безликий. - Я не какой-то там простак, которого можно купить. Вам остаётся надеяться только на чудо.
Услышав ключевую фразу, охранник, доселе мирно стоявший на посту, подскочил к хозяину и хорошенько стукнул его прикладом по голове. Мужчина, не ожидавший такой прыти от новоявленного лицедея, хрюкнул и растелился на полу.
- Вот сейчас ты у меня получишь! - обрадовался Корто. - Дайте мне кувалду, я размозжу ему мозг.
- Бегите, о великие политики! - с пафосом произнёс всё тот же солдат. - Воины, сочувствующие прогрессивному блоку в Совете ликов, отвезут вас к Атру, это он организовал побег.
- Кто? - удивился Инал. - Первый раз слышу это имя. Это ваши проделки?
Соратник отрицательно покачал головой. Будучи организатором и тайным правителем противоборствующей силы, он наперечет знал всех оппозиционеров, Атр в их число не входил.
- Потом разберёмся, а сейчас надо бежать.
- Я провожу вас до корабля, - услужливо вызвался охранник.
“Не хотел бы, чтобы подчинённые с такой охотой предавали меня, - подумал политик, - наверное, Картос заслужил это”.
Наивные пленники, от безысходности верившие в доброго дядю Атра, поспешили на корабль, где дружелюбный штурман поздравил их с удавшимся побегом и попросил автограф.
- Кто бы мог подумать, что мы так популярны среди подчинённых нашего врага, - прошептал Корто.
- И не говорите, - согласился безликий, - как только вырвусь отсюда, первым же делом проверю свою челядь на лояльность. Может, они тоже без ума от моих недоброжелателей.
Политики летели навстречу неизвестности. Даже тот, кто всё это устроил, не знал, что ждёт оппонентов. Только Нраку, посмеивавшись глупости всех, как врагов, так и союзников, сидел на своём расписном троне и потирал руки в ожидании вселенского чуда.
“Это пока только разминка, - думал он, - начало великого конца. Я исполню пророчество, и моя раса выйдет из тени”.
Как это часто бывает, личность, наперёд просчитывающая ходы окружающих её индивидов, сама оказывается непредсказуемой до невозможности. Таинственный союзник то ли от недостатка воспитания, то ли от чрезмерного желания произвести впечатление, всегда появлялся неожиданно и без приглашения. Когда он в первый раз материализовался в цитадели Картоса, когда тот упоенно поглощал завтрак, политик сначала испугался (всё-таки незваный гость прошёл через столько постов незамеченным), а потом, взяв себя в руки, преспокойно вызвал охрану.
- Это не самый лучший способ завязать дружбу, - с улыбкой произнёс неизвестный.
- Я могу то же самое сказать о вас.
- Мне следовало предварительно записаться на приём?
- Безусловно, - услышав топот бегущей охраны, политик скроил крокодилью улыбку, - хотите что-нибудь сказать перед смертью?
- Отнюдь! Ведь я не собираюсь умирать. Я бессмертен.
- Мне бы вашего оптимизма.
Картос, ожидавший увидеть скоропостижную кончину наглого незнакомца, был прилично удивлён, когда тот поднял к потолку левую руку, из которой к каждому воину потянулись сверкающие лучи. Через мгновение охрана лежала в беспамятстве, а довольный посетитель представился:
- Нраку, ваш будущий союзник.
Он ничего не требовал, не просил и не предлагал. По многолетнему опыту политической деятельности безликий знал, что незваный гость усыпляет бдительность, чтобы в один прекрасный момент пообещать золотые горы, а вместо этого забрать всё и помпезно исчезнуть, оставив после себя разноцветные лучики света, как при первом знакомстве.
- Вам точно от меня ничего не надо? - допытывался мужчина.
- Смею заметить, что вопрос поставлен некорректно. Это вам что-то от меня надо, я е могу помочь в достижении заветной цели. Ну, так как, мы подружимся?
Картос согласился, так как до недавнего времени ему приходилось выполнять пустяковые задания, за что он получил армию, совершенную в техническом вооружении, и надежду править если не всем миром, то хотя бы наиболее привлекательной его частью.
“Я добьюсь аудиенции у престарелого Матиса и заставлю его публично отречься от престола в мою пользу, - мечтал безликий, - общественность не осудит такого действия, ведь все знают, что Пиренг недееспособен. Если император начнёт упираться, я напомню Нраку, что долг платежом красен”.
Они с таинственным союзником никогда не разговаривали на эту тему, но политик чувствовал, что новый знакомый уже давно читает его мысли. Сейчас же, медленно приходя в себя, Картос потирал ушибленное место и не исключал возможности, что, выполнив отведенную для него роль, он стал бесполезен для кукловода, который решил избавиться от марионетки таким способом.

Глава 15

Из спальни донёсся истошный крик, прервавший беседу на самом интересном месте.
“Наверное, проснулся в неизвестной обстановке и испугался, что его похитили”, - решила Сивана.
Вопли продолжались, но с каждой секундой становились всё тише.
- Успокоился, - улыбнулся рассказчик.
- А если с ним что-то случилось? Надо проверить.
- Нет-нет.
Хозяин схватил девушку за руку, но изворотливая техноска перекрутилась и побежала навстречу крикам. В спальне никого не было. По смятой постели, разбросанным подушкам и перевёрнутым вверх дном попавшим под руку вещам легко можно было понять, что совсем недавно здесь была борьба и тщетные поиски чего-то ценного.
“Элацио был прав, когда говорил, что им нужен “Апокриф мира”, - подумала архивариус, - видимо, они потащили его с собой. Надо что-то делать”.
Выбежав на улицу, она выкрикнула несколько непристойностей в адрес уезжающей машины и стала ловить попутку.
- Куда же вы? - спохватился Вертик.
- Мне срочно нужно за тем автомобилем. Подвезёте?
- Зачем он вам?
- Это те преследователи. Они схватили моего друга.
- Ничем не могу помочь.
- Как? - изумилась техноска. - Вы заодно?
Она стала медленно отдаляться от собеседника.
- Да вы же ничего не знаете, - начал тот, - поймите, так будет лучше. Если они решили, надо подчиниться, а не препятствовать. Этот безликий вам ещё потом спасибо скажет.
- Ага, на том свете. Я думала, что вам можно доверять, а вы, - не договорив, Сивана побежала прямо по дороге.
Вопреки её опасениям Вертик не стал преследовать. Вернувшись в дом, малах долго рассуждал о превратностях судьбы и странной сущности современных гуманоидов.
“Ничего, - успокаивал он себя, - скоро всё изменится к лучшему”.
Тем временем девушка бежала из последних сил, и ей было не до рефлексии. Машина скрылась в неизвестном направлении, и не было ни малейшей надежды на новое чудо. Впрочем, с этой минуты архивариус больше не верила в счастливые случайности и решила действовать в одиночку. Добравшись до аэропорта по указателям и бесплатным советам услужливых прохожих, она села в самолёт и без лишних слов приказала лететь на базу.
- Извините, дамочка, но император велел мне подчиняться только тому парню. Вы мне не указ, - безапелляционно заявил штурман.
- А кто доставал книги для твоих детей? - Сивана вмиг пристыдила его. - Думаешь, если шлем надел, так я тебя не узнаю? Сколько раз мне приходилось рисковать своей прекрасной должностью, выдавая под честное слово очередной иронический детектив? И ты уж простите, если вмешиваюсь не в своё дело, но мне отчего-то кажется, что эти книги читали не дети, а ты.
- Что поделать, если я люблю читать на досуге?
- Подчиняться моим приказам.
- А как же парень?
- Он в огромной опасности. И если по твоей вине с ним что-то случится, угадай, кто понесёт за это суровую кару?
- Я?
- Умница! Гони и не забывай посматривать, нет ли за нами хвоста. За твою оплошность нам пришлось дорого заплатить.
Во время перелёта девушка углубилась в правильное чтение “Апокрифа мира” и время пролетело незаметно.
- Прибыли, госпожа! Всё в порядке, мы были одни в небе.
- То-то же, - снисходительно процедила Сивана, - жди меня, и я вернусь.
Во дворце творился переполох. Слуги с озабоченными лицами, двигаясь по длинному коридору, поочерёдно заглядывали в каждую комнату, звали кого-то и продолжали своё ответственное занятие. Девушка присоединилась к процессии и, дойдя до комнаты Пиренга, прошмыгнула внутрь.
- Его тут нет. Сколько можно? - возмутился мальчик.
- Слушай, а что тут происходит?
- Сивана, разве вы не в курсе? Пропал младший брат моего отца.
- Кто?
- Элацио, - пояснил ребёнок, - что вы делали с ним всю ночь, что теперь он не в состоянии делать видимость, что он временный правитель?
Архивариус заметно покраснела, представив, что бы она сделала с безликим, принявшим образ симпатичного гуманоида, но потом собралась, вспомнив, что её сюда привело.
- Пиренг, что ты знаешь об “Апокрифе мира”?
Мальчик спокойно повторил свой разговор с агентом, несколько удивившись, почему великий знаток книжных истин спрашивает у него о содержании бесценного фолианта.
- Понимаешь, твой отец приказал сжечь книгу не потому, что она ему не понравилась. Он каким-то образом узнал тайну, связанную с ней, которую Таррик вряд ли раскрыл бы ему. Что ты думаешь по этому поводу?
Наследник престола задумался. Он вспомнил занятия с любимым учителем и всё, что тот ему рассказывал. Отчего отчётливо всплыл день, когда мудрец заговорщическим тоном, практически перейдя на шёпот, сообщил, что есть вещи, о которых будущему правителю надо знать прямо сейчас. Тогда Пиренг не догадывался, к чему эта конспирация, но потом, когда Матис запретил выдавать злополучную книгу, он понял, что у стен есть не только глаза, но и уши.
- Вообще-то папа прослушивает и просматривает мою комнату, чтобы меня не научили плохому. Но Таррик знал об этом чуть ли не с первого дня, поэтому не позволял себя компрометировать.
- Может, он говорил о каком-то секрете книги? - подсказала Сивана. - Например, как её читать.
- Вспомнил! - воскликнул мальчик. - Он спросил, как я обычно это делаю.
“В точности как Вертик. Значит, он действительно его ученик”, - подумала девушка.
- Разумеется, я ответил, что читаю как все нормальные гуманоиды, а он сказал, что иногда есть смысл кардинально поменять устоявшиеся стереотипы.
- Ты мне здорово помог. А где твой папа?
- У себя в покоях. Только к нему никого не пускают.
- И тебя?
- Обижаете, - Пиренг тонко улыбнулся, и от намёков на недоразвитость не осталось ни следа, - как только из дворца исчез мой самопровозглашённый дядя, меня всерьёз стали воспринимать как наследника. И те слуги, которые совсем недавно предлагали задушить меня подушкой, теперь заискивающе улыбаются и желают долгих лет здравия.
- Можешь провести меня к нему?
- Легко.
За ночь, проведённую в стране без правителя, отпрыск благородных кровей здорово изменился. Видимо, абсолютная власть не только наркотик, но и катализатор роста, поскольку казалось, что мальчик повзрослел душой, умом и телом на несколько лет сразу.
- Пропустите, она со мной, - волевым движением руки ребёнок разогнал удивлённую стражу.
Матис пластом лежал на кровати. Безжизненное лицо было покрыто мелкой испариной, изо рта периодически доносился лёгкий стон.
- А почему вы до сих пор не вызвали лучшей врачей империи? - прошептала Сивана.
- Не хочу, чтобы они залечили меня до смерти. Мне может помочь только Таррик, - простонал правитель.
- Извините, не хотела вас тревожить.
- Не говорите ерунды! Раз вы сюда пришли, значит по делу. Ну, что?
- Вы читали “Апокриф мира”?
- Давайте вы не будете терзать меня вопросами. Я расскажу всё, что сочту нужным, и вы оставите меня в покое.
- Как скажете, вы же император.
- Надолго ли? - мрачно пошутил технос.
В тот день он как обычно проверял, что творилось в комнате сына. Самые большие надежды, как и опасения, он возлагал на занятия Таррика. Принимая его уникальность как данность, он, тем не менее, был категорически против гуманитарных наклонностей воспитателя, считая, что необязательно разводить демагогию для развития личности. Когда малах перешёл на шёпот, правитель сразу почувствовал неладное и усилил чувствительность сенсоров. Услышав типичную для мудреца, знавшего о камерах и микрофонах, завуалированную речь, он поспешил в библиотеку за “Апокрифом мира”. Чтение никогда не вызывало у монаршей персоны особого восторга, поэтому после нескольких глав его стало клонить в сон.
“Но ведь он что-то говорил о смене устоявшихся стереотипов, - подумал зевающий повелитель, - надо отнести книгу Совету безотказных машин. Пусть проанализирую её вдоль и поперёк”.
Это было довольно опрометчивое решение. Оцифрованные образы умерших мудрецов ещё при жизни не раз изучали этот бесценный фолиант, пытаясь понять, в чём кроится мудрость. Но никто из них не удостоился чести быть знакомым с избранным, посему им в голову не могло прийти, как правильно следует читать книгу. Теперь же, получив подсказку Таррика на эзоповом языке, собрание предшественников Матиса без особого труда раскрыли тайну “Апокрифа мира”. Будучи рациональными по своей сути, они оценили, что информация может принести вред здоровью текущего правителя, и решили действовать по принципу “Ложь во спасение”.
- Машины умеют врать? - изумилась Сивана.
- Ничего удивительного, - прохрипел император, - они ведь оцифрованные образы умерших прагматичных техносов. А посему, почему же им нельзя обманывать, если это необходимо для дела?
Совет безотказных машин спокойным механическим голосом сообщил, что книга - беллетристический бред, который с высокой долей вероятности будет вреден для будущего правителя. Он ни в коем случае не должен прочесть это, для чего следует приказать сжечь книгу.
- Вот так и сказали? - уточнила девушка. - Не самому сжечь, а только приказать?
- Именно! Ну, а дальше вы всё знаете. Я пошёл узнавать информацию для этого безликого, и услышанное сразило меня наповал.
- Отчего же? - не согласился Пиренг. - Я несколько раз прослушивал ту запись. Ничего особенного, мне Таррик много раз рассказывал подобные истории, значит, и ты через микрофон всё слышал. Что на самом деле смертельно тебя расстроило?
Поняв, что придётся говорить всю правду до конца, император тяжело вздохнул и, пробормотав что-то о полнейшем неуважении к умирающему отцу, продолжил рассказ. Разумеется, ответы на вопросы Элацио не могли шокировать его хотя бы потому, что факт сотрудничества древних техносов с шестой расой мало чем отличался от таких же контактов других рас. Но когда Матис вдруг спросил, что именно написано в книге, умершие мудрецы не стали лукавить. Они рассказали всё, не забыв упомянуть о пророчестве. Повелитель держался из последних сил, но, узнав, что гуманоид, не получивший благословления шестой расы, неизбежно превратится в одноклеточный организм, решил умереть в состоянии техноса, переходящего в человека, чем рыбы, деградирующей до амёбы.
- Папа, так это не сердечный приступ, а неудачная попытка самоубийства? - ужаснулся Пиренг. - Да как ты мог?
- В том-то и дело, что не смог.
- А что за препарат? Скажите, и мы найдём противоядие, - предложила Сивана.
- Мне может помочь только Таррик.
- Это ещё почему? Конечно, он уникальный врачеватель, но сейчас все расы переживают не лучшие времена, поэтому нет никакой уверенности, что вам мгновенно станет легче. Ну, так чем травились?
- Если бы я знал.
Матис, непривыкший испытывать эмоции, как типично шизоидный индивид, решил свести счёты с жизнью подручными средствами. Наглотавшись всех нанопрепаратов, которые попадались под руку, он, разумеется, не мог односложно ответить, что было в той горсти веществ. Вызвать лучших специалистов и рассказать правду - было для него хуже смерти. В случае выздоровления или же позорного ухода из жизни император всё равно бы попал в Совет безотказных машин, но с прилично подмоченной репутацией. Именно поэтому мужчина выбрал долгую мучительную смерть и запретил какие-либо попытки поддерживать жизнедеятельность организма современными аппаратами.
- Сынок, - просипел повелитель, - пообещай, что выполнишь одну мою просьбу.
- Да, что угодно.
- Сотри данную информацию из её сознания. Эту тайну должны знать только двое.
- А как же я? - возмутился Пиренг. - Ты хочешь, чтобы в случае твоей смерти я правил и мучался?
- Ты должен помнить об этом и не совершать моих ошибок.
- Нет, отец, на это я пойти не могу. С меня довольно этих упадочных настроений. Ты будешь жить, я тебе это обещаю.
Гуманоиды вышли в коридор. Сивана не знала, что ей делать дальше. Раскрыв тайну императора, она ничуть не приблизилась к разгадке этой головоломки. Но теперь она обязана была совершить нечто невероятное и это притом, что эмоции давали о себе знать: по щекам катились крупные капли жидкости неизвестного химического состава.
- Солёные, - констатировала девушка, - можно сказать, горькие, как моя участь.
- Не время слёзы лить, время дело делать, - с пафосом произнёс мальчик, - у вас есть какие-нибудь идеи по поводу того, где находится Таррик?
- В плену.
- А конкретнее?
- Элацио говорил, что по легенде вождь клана анималов заключил союз с неведомой силой. Если предположить, что это была шестая раса, многое становится на свои места.
- Поясните.
Заг, рассказывая то ли быль, то ли миф, утверждал, что воины таинственного гостя были экипированы по последнему слову техники. В этом никто не сомневался, поскольку оставленные бойцами винтовки до сих пор не имеют мировых аналогов. По крайней мере, так утверждал Таррик, не один день живший в стране продвинутых в этом плане техносов. Причудливо одетые преследователи так же стреляли из сверхсовременного оружия, притом малахи не пытались их остановить, поскольку Вертик недвусмысленно дал понять, что народ боготворит его как избранного, получившего благословление.
- Стало быть, они заодно, - решил Пиренг, - мы имеем дело с опасными противниками. За вами гнались представителями альянса шестой расы и техносов, иначе как объяснить тот факт, что они беспрепятственно летали в нашем воздушном пространстве.
- Видимо, они всерьёз вознамерились исполнить пророчество и решили убрать с дороги всех неугодных. Бедный Элацио!
- Кстати, о нём. На кого он работал?
- На правительство безликих.
Мальчик тонко улыбнулся. Его умиляло, что архивариус позволяет себе говорить такие глупости. Даже он, отстающий в развитии ребёнок, знал, правда, не без помощи мудрого воспитателя, что Совет ликов испокон веку состоял из группировок, которые перетягивали на свою сторону рядовых членов и агентов, чтобы упрочить власть в верховном органе.
- Буквально вчера с папой связывался Картос, утверждавший, что с радостью вернёт ему Таррика в обмен на аудиенцию, - вспомнил мальчик, - думаю, Элацио похитил учителя именно по его приказу. Он хотел встречи с монархом? Что же, он её получит.
- Но твой отец не в состоянии вести переговоры.
- А кто сказал, что он их будет вести?
Девушка восхищённо посмотрела на Пиренга.
- Таррик гордился бы тобой.
- То ли ещё будет. Гораздо приятнее было бы услышать это от него самого, поэтому нам стоит поторопиться.
Ребёнок чинно прошествовал в зал для переговоров и велел связаться с Картосом. Тот пребывал не в самом лучшем расположении духа. Плотно позавтракав, он испытывал дискомфорт сродни тому, который выбил его подчинённого из колеи, сделав беззащитным куском плоти.
- Это ещё что такое? - взвился безликий. - Уберите мальчишку с экрана.
- В таком случае об аудиенции и не мечтайте.
Мужчина посмотрел на текст ниже изображения, где было написано, что собеседник находится во дворце империи техносов, что могло значить только одно.
- Извините, ваше величество, - залебезил Картос, - в последнее время я сам не свой.
- Наверное, это из-за пророчества.
- Какого?
- Такого, из-за которого ваш агент находится в плену у неизвестной силы.
- Вы знаете Элацио?
- Да, он мне нужен живым, - Пиренг сверкнул глазами, - и не забудьте, что Таррик, мой учитель, до сих пор находится у вас. Конец связи.
Сивана удивлённо посмотрела на него. Она представляла этот разговор как беседу равноправных партнёров, объединённых нависшей угрозой, но на деле всё получилось иначе.
- А ты уверен, что это сработает?
- Безусловно, иначе бы я так себя не вёл. Этот безликий поднимет на уши всю свою службу, а его агенты повсюду.
- И даже в землях шестой расы, о существовании которой до сих пор ходят споры?
- Неважно. Мы своё дело сделали. Остаётся расслабиться и ждать, когда наших друзей привезут сюда, как любил говорить мой учитель, на блюдечке с голубой каёмочкой.
Расчёты ребёнка оказались верны, но он даже не предполагал, как тяжело окажется исполнить его просьбу.

Глава 14

К возмущённой до предела девушке подошёл парень приятной наружности. На вид он был не старше, чем Элацио в привычном для него облике, но деловой костюм и безупречные манеры давали понять, что это важная шишка даже по меркам анархического устройства.
“Правительства у малахов нет. Может, это представитель аристократии?” - подумала техноска.
- Здравствуйте, Вертик! - заискивающе улыбнулся охранник. - Какими судьбами?
- Такими, - уклончиво ответил вошедший, - это кто?
- Неважно, она всё равно уже уходит.
- Ничего подобного! - Сивана гневно топнула ножкой. - Плохо, что у вас нет главного, даже пожаловаться некому.
- Вообще-то здесь, как правило, тишь да гладь, поэтому нет никакого смысла содержать бюрократический аппарат. Но если возникли какие-то проблемы, постараюсь помочь. Не хотелось бы, чтобы такая симпатичная иностранка разочаровалась в нашем государственном устройстве.
- Вежливый, да? А между тем какие-то гуманоиды гоняются по аэропорту за моим другом, а он, - девушка ябедничала на мужчину, - только руками разводит.
Незнакомец осуждающе покачал головой, и от одного этого собеседник покрылся обильной испариной.
- Вертик, поймите, я спрашивал у соотечественников, они сказали, что беготня им не мешает. А раз нет нарушения общественного порядка, как я могу вмешаться?
- А если откинуть эти глупые оправдания?
Мужчина горячо зашептал на ухо какие-то малопонятные слова, скорее всего, на малахском языке, чтобы ябеда ничего не разобрала.
- Ну, поможете?
- Что именно вы от меня хотите?
- Спасите моего друга от преследователей, - взмолилась девушка.
- А вы не хотите узнать, что они от него хотят?
- Нет, это и так ясно.
- Вот как? - удивился Вертик. - И после этого вы продолжаете настаивать, чтобы я воспрепятствовал этому процессу?
- Конечно!
- Как хотите. Но вообще-то впервые сталкиваюсь с ситуацией, когда гуманоиды добровольно отказывались от такого.
- Хватит говорить глупости! - возмутилась Сивана. - Вы поможете или нет?
- Хорошо. Если я увижу его преследователей, то задержу их. Куда побежал ваш друг?
- Вглубь здания.
- Булем ждать его на улице.
Новый знакомый не ошибся в расчётах. Едва гуманоиды подошли к служебному выходу, как оттуда выскочил взъерошенный парень. За время погони он поменял несколько обликов и теперь был похож на бродягу.
- Зачем вы связались с побирушкой? - спросил Вертик.
- Он безликий.
- А как звать?
- Элацио, - представился запыхавшийся беглец.
- Тот самый?
- Неужели слава идёт впереди меня?
Агент на мгновение забыл обо всех невзгодах и решил покупаться в лучах нежданной славы. Когда Картос уверял, что служба в его элитных войсках сыграет огромную роль в дальнейшем будущем подчинённого, тот привычно кивал головой, не веря таким общениям. Теперь же выходило, что член Совета ликов был прав.
- Давайте продолжим беседу в более укромном месте, - вмешалась Сивана, - а то мой друг разомлел и стал лёгкой мишенью для врагов.
- Как вам будет угодно. Позвольте пригласить вас к себе домой.
- А там безопасно?
- Более чем.
- У вас есть свой транспорт? А то наше корыто уже запеленговано.
- Надеюсь, вас устроит машина представительского класса? - иронично поинтересовался новый знакомый.
- Вполне.
По дороге в особняк каждый думал о своём. Обычно бдительный Элацио теперь мечтал ближе познакомиться с Вертиком, поскольку окончательно решил работать на другое государство. Неутешительное пророчество и неизвестные преследователи немного омрачали его мысли, но безликий продолжал глупо улыбаться. А вот его подруга, напротив, напряглась до предела и стала запоминать каждый поворот дороги на случай самостоятельного возвращения в самолёт. Это не осталось незамеченным для нового спутника.
- Вас что-то беспокоит? - спросил он.
- Хочу, чтобы это всё скорее закончилось.
- Родная, - агент расплылся в широкой улыбке, - это только начало. Я и не в таких передрягах бывал.
- За завтраком у вас будет прекрасная возможность рассказать несколько интересных историй из вашей боевой жизни.
- Он не вправе разглашать государственные тайны.
- А это уж мне решать, - заметил безликий, - а что вы там говорили о завтраке?
- Уже не имеет значения, поскольку мы приехали. Сейчас вы сами всё увидите.
Когда Вертик говорил, что живёт в особняке, он либо шутил, либо не знал истинного значения этого слова. Частный дом в несколько этажей с приусадебным участком вряд ли можно было сравнить с шикарными апартаментами Корто, безразмерным обиталищем Картоса или дворцом Матиса. Внутри убранство ближе всего было к шатру Ранола, что не преминул заметить остроумный агент.
- Вам удалось добиться аудиенции у самого вождя клана, помешанного на искусстве? - восхитился Вертик.
- Ой, это весьма запутанная история, которая привела меня в землю малахов. Кстати, может, вы ответите мне на несколько вопросов?
- Без проблем, но только после завтрака.
Столовая ломилась от яств, будто хозяин готовился к приходу незваных гостей. Всё было чрезвычайно вкусно и причудливо выглядело, поэтому осторожная техноска то ли боясь поправиться, то ли быть отравленной, весьма сдержанно отнеслась к угощениям. Зато безликий после нервных суток, проведённых на ногах, не отказывался ни от чего и каждый раз просил добавки.
- Оставьте в желудке немного места для десерта.
- А я думал, он уже был три блюда назад.
- Нет-нет, то аперитив. Сейчас же будет настоящее объедение.
На столе появилась тарелка с чем-то непонятным, и рука Элацио рефлекторно потянулась к самому большому куску, и так до тех пор, пока совсем-совсем ничего не осталось.
- Вот это вкуснятина! - простонал он, облизывая пальцы. - Можно ещё добавки?
- Конечно, о чём вопрос.
- А из чего это сделано?
- О, это древний малахский рецепт. Вам лучше и не знать во избежание потери аппетита.
- Что, неужели всё-таки плохо? Говорите, я уже ко всему привык.
- Ну, основу составляют рвотные массы.
- Серьёзно? - агент переменился в лице. - Знаете, не надо добавки. Я с первой тарелки понял, что всё очень вкусно.
- Я всегда знал, что знание ингредиентов кулинарных изысков нашей расы губительно для аппетита чужеземцев.
Безликий махнул рукой и попытался встать из-за стола. Тут его ждал большой сюрприз, поскольку тело отказывалось подчиняться воле разума.
- Что вы добавили в пищу? - взвилась Сивана. - Это парализующие средства? Он поправится?
- Относительно последнего вы совершенны правы. От такого обильного завтрака он непременно поправится. Но для безликого это не проблема, всегда можно принять образ атлетически сложённого юнца и не утруждать себя изнурительными тренировками в спортивном зале.
- К чему этот анахронизм, когда своё тело можно всецело доверить умным машинам?
- Так вы техноска! - догадался Вертик. - Первый раз встречаю такой интернационализм в общении.
- Кто вы такой?
Малах усмехнулся:
- Я коренной житель, которого знает и уважает местное население, пригласивший вас на завтрак в свой дом. И после этого вы хотите устроить мне допрос с пристрастием?
- А почему бы и нет?
- Хорошо. Опущу все подробности детства. Вам ведь неинтересно, с какой частотой наполнялись мои подгузники и во сколько лет я сделал свой первый шаг. Сразу перейду к сознательному этапу моей интересной жизни. Долгое время я был учеником Таррика.
- И вы не боитесь произносить это крамольное имя? - удивилась девушка.
- Как можно? Ведь я обязан ему всем, что у меня сейчас есть. Правда, мудрец оказался непонятым своим народом, но я верю, что наступит тот день, когда всё встанет на свои места. Не без моей, прошу заметить, помощи.
- Вот как? - Сивана сбавила пыл. - А что с моим другом?
- Элементарно переел. Насколько мне известно, после трапезы безликие цепенеют при процессе перевоплощения. Ну, а тут съедено значительно больше привычной нормы. Вот организм и даёт о себе знать.
- И что же делать?
- Сон - лучшее лекарство, так говорили ещё древние. Пускай полежит на моей кроватке, чтобы, так сказать, пупок завязался.
- Это невозможно! У нас каждая секунда на счету.
- А разве у вас есть выбор?
Вертик был прав. Агент спал прямо за столом и с него медленно стекал нынешний облик. Потеряв способность трансформации, он уже был ни на что неспособен. Пока Элацио восстанавливал сила, хозяин дома развлекал гостью увлекательной беседой. Он оказался гуманоидом широких взглядов и нисколько не лукавил, когда говорил, что всему лучшему научился от Таррика. Как безликий всецело был поражён магнетизмом личности старика, так и Сивана не могла оторваться от собеседника.
- Знаете, - застенчиво призналась она, - а ведь у меня до последнего момента были подозрения, что вы появились на нашем пути неспроста. А когда мой друг не смог подняться, я сразу же решила, что это западня. Но вы не такой.
- Я значительно хуже, - отшутился малах, - кстати, а что с вами произошло? Перед завтраком безликий оговорился, что был в шатре Ранола. Он посол?
- Нет, вообще-то он агент, но сейчас выполняет задание, которое соприкасается со сферой его интересов.
- Это плохо. Профессионал не должен смешивать личное и общественное.
- Вы бы так не сказали, если бы знали, что мы разыскиваем Таррика.
- Моего учителя? - удивился собеседник. - А как давно он пропал?
- Пошли вторые сутки.
- Тогда мне понятно ваше волнение. Чем я могу помочь?
- Что вы знаете о пророчестве?
- Только то, что его нельзя избежать.
- И мы все превратимся в одноклеточных?
- Не все, только те, которых сочтут бесполезными для будущего общества совершенных людей.
Глаза Вертика горели. В одно мгновение из приятного собеседника он превратился в ярого фанатика, произносящего как молитву заученный фразы. По его словам, в связи с инцидентом космического вмешательства на Земле долгие годы были нарушены простейшие биологические законы. Люди в попытке создать новые расы уничтожали друг друга раньше, чем того хотела матушка-природа. Естественный отбор был заменён искусственным, и за годы войны гуманоиды окончательно убедились в своем всемогуществе. Что такое многомиллионная эволюция, когда можно в мгновение ока стереть с лица земли врагов и заселить её своими последователями, наделёнными уникальными способностями? Шестая раса первой поняла, к чему приведёт такое безрассудное отношение, и попыталась выступить миротворческой силой, за что была изгнана из привычных для неё ареалов обитания. Война всех против всех, в конечном счете, обернулась травлей народа праведников, которые прежде чем уйти в небытие, предрекли многие несчастья на головы упивающихся собственной властью.
- Наверное, вы не читали “Апокриф мира”, раз такое говорите, - робко предположила девушка.
- А вы с ним знакомы? - взвился собеседник.
- Только не надо нервничать. В книге написано противоположное. Это шестая раса отказалась прекратить военные действия. Она была агрессором, к которому затем обращались все расы без исключения. Вот именно за это и страдают их потомки, то есть мы.
Вдруг Вертик задал ряд вопросов, после которых техноска всерьёз задумалась о его адекватности.
- А как вы читали книгу?
- Про себя.
- Слева направо?
- Да.
- И сверху вниз?
- Разумеется.
- Всё не так.
- В смысле? - удивилась девушка. - Вы знаете ещё какой-то способ чтения книг?
- Вы всё равно не поверите, - отмахнулся собеседник, - эх, если бы здесь был “Апокриф мира”, я бы вмиг доказал вам, что вы заблуждаетесь.
- Вам крупно повезло. Он у спящего Элацио за пазухой. Могу принести.
- Вы в своём уме? Отправляться в опасное путешествие и, чтобы разогнать тоску, взять с собой сей бесценный фолиант?
Сивана поспешила за книгой. Ей совершенно не хотелось оправдываться перед малахом, который пытался убедить её в ошибочности прописных истин, усвоенных чуть ли не с молоком матери. Безликий умиротворённо дремал на кровати, и его лицо постепенно принимало черты, характерные для гуманоида обновлённой Земли.
“Через полчаса можно будет поднимать его в дорогу, - решила техноска, - а пока проверю, что за бред несёт этот парень”.
Вертик трясущимися руками принял книгу и прильнул к обложке губами.
- Между прочим, она далеко не стерильная, - ехидно заметила девушка.
- Не забывайте, что я всё ещё малах, поэтому любые болезни мне нипочём. К тому же, это Священное Писание наших дней, если вы понимаете, о чём я говорю. Оно не может стать причиной болезни.
Собеседник пустился в объяснения. Безвестный автор, сотворивший шедевр на века, жил в неспокойное время. Посреди лжи, предательства, разрухи, словом, форменного хаоса, он продолжал искренне верить, что когда-нибудь все эти обезумевшие одумаются и решат вернуться в лоно природы в человеческом облике. Какова же была его радость, когда шестая раса первой предложила остановить кровопролитие. Увы, враги были сильнее, поэтому миротворцам пришлось отдать последнее, чтобы заложить основы пророчества, которое должно было осуществиться в известный час. Если бы автор изложил истинную историю, в которой все существующие расы представлялись агрессорами, обезумившими от всесилья, книга никогда не увидела бы свет, попытки уничтожить её предпринимались бы гораздо раньше, задолго до Матиса. Тогда в голове творческого индивида созрел поистине гениальный план. Он стал писать справа налево и снизу вверх, чтобы только избранные смогли постичь истину. При обычном чтении выходило, что шестая раса стала причиной всего зла, остальные тоже не были белыми и пушистыми. Такая книга была воспринята холодно как литературным сообществом, так и авторитетными историками, однако гонений никто не устраивал.
- Просто невероятно, - протянула Сивана, - и многие знают правду?
- Разве можно доверить тайну толпе?
- Ну, хотя бы примерно.
- За все расы говорить не могу. Лично мне эту историю передал учитель.
- Таррик, - ахнула девушка, - так вот, зачем он задал Пиренгу по внеклассному чтению эту книгу.
В своё время архивариус была сильно удивлена, узнав о литературном пристрастии малаха. В библиотеке стояли тысячи кирпичиков с занятными историями, написанными лучшими кудесниками пера старой и обновлённой Земли. Но сейчас выбор мудреца был вполне объясним. Он готовил будущего правителя техносов по специальной программе и хотел, чтобы тот в отличие от своего отца знал правду. Однако тот опередил отпрыска, взял у девушки книгу, а, вернув, приказал сжечь, прекрасно понимая, что та ослушается приказа. Как известно, если хочешь сделать что-то хорошо - сделай это сам, но рациональный Матис отчего-то перепоручил это мероприятие. Очевидно, его знакомство с “Апокрифом мира” не ограничилось изучением обложки и содержания. Сивана была почти уверена, что император познал истинную сущность бесценного фолианта. Оставалось только догадываться, как ему это удалось.
- Ау, вы где? - спросил малах.
- Простите, вы что-то сказали? - опомнилась девушка.
- Видимо, сказанное мною произвело на вас неизгладимое впечатление. Даже боюсь представить, что с вами будет, когда вы прочтёте книгу, зная правила.
Техноска, как по приказу, открыла последнюю страницу и начала с правого нижнего угла. Ощущение было непривычное. В столь сознательном возрасте приходилось переучиваться заново и будто ребёнок читать по слогам. Однако уже первые строчки потрясли Сивану до глубины души:
- Если вы читаете это, то вы либо избранный, либо такой индивид просветил вас, чтобы и на вас спустилась благодать шестой расы. Есть ещё один вариант. Заподозрив что-то неладное в классической истории или просто от нечего делать, вы своим умом дошли до такого способа чтения. Но интуиция подсказывает мне, что вероятность такого события стремится к нулю.
Девушка перевела взгляд на малаха. Тот выжидающе смотрел на неё.
- Так вы избранный?
- Да. Вот поэтому местные жители боготворят меня, а Таррика считают беглецом и отступником.

Страница 2 из 28«123456789101112131415»...В конец »
кабины душевые экран