Блог писателя. И этим всё сказано. Никакой коммерции, попытки втянуть в финансовую пирамиду или рассказов о безоблачном счастье Интернет-бомжа. Творчество и ничего кроме.

Деградация

Ваня иногда любил от души поболтать с другом, который тоже был не прочь пофилософствовать. Делали они это от праздного безделья и нехватки карманных денег.
- И что это все люди, как люди, а нам вместо холодного пива приходится мечтать о внеземных цивилизациях и рассуждать на тему докритического периода Канта? - спрашивал иногда Коля.
С некоторых пор с ним произошли разительные изменения: он не следил за разговором, повторял одно и тоже и засыпал в самый ответственный момент.
- Колян, ты чего? - удивился наш герой.
Друг некоторое время юлил, а потом признался, что же с ним произошло:
- Помнишь наш недавний разговор о людях и животных?
Ваня напрягся, но в памяти остались лишь смутные образы. Они сидят друг напротив друга и болтают о преимуществах домашних животных над людьми.
- Если бы ты знал, как я люблю Шарика. Не подумай ничего плохого, но он мне роднее всех на свете. После родителей он третье существо, ради которого я отдал бы свою жизнь, - признался тогда наш герой.
- Охотно тебе верю! У меня была черепашка, так я даже был против, когда папа предложил сварить из неё суп. А когда он всё-таки это сделал, я горевал до тех пор, пока мне не купили роликовые коньки, - закивал головой Коля.
Потом с работы пришли родители и отправили бездельников на улицу, чтобы они в кои-то веки купили съестного. Однако в тот день семья осталась без ужина, ибо денег хватило лишь на пол-литра и закуску, которые были употреблены молодыми организмами в качестве морального ущерба.
- Так вот после этого разговора я познакомился с одним забавным стариком. Он недавно переехал в наш дом, поэтому толком его никто не знает. Говорят лишь, что он на пенсии, а до этого работал то ли преподавателем, то ли в застенках НКВД, затем КГБ и до тех пор, пока не развалился Советский Союз. На днях он полностью пересказал мне наш с тобой диалог и предложил прочесть занятную книжку. Я-то думал, что это будет какой-то том Ленина или “Капитал” Маркса, но оказалось, - широко раскрыл глаза Коля.
Если верить молодому человеку, то было это так. Поднимаясь по лестнице, парень услышал скрип двери. Действительно, это новый сосед высунулся из своей квартиры и, шамкая губами, спросил:
- Скажи, внучек, ты никогда не задумывался, почему, чем ничтожнее существо, тем больше оно о себе думает и мнит неизвестно что?
- Что вы имеете в виду? Я же всегда здороваюсь и не называю вас старым хрычом, - удивился молодой человек.
- Перестань, я никогда не перехожу на личности. Помнится, ты беседовал на эту тему с другом. Хотелось бы продолжить ваши мысли, если позволишь. Понимаешь, когда человек переступает определённый порог, то достигает понимания, что я - это животное, а мы - общество, ради которого и стоит жить. Существование единоличника, который пытается достичь сиюминутных удовольствий, возможно лишь в случае отсутствия воспитания или же аморальности общества. Ведь глупо принимать на построение новой церкви деньги, добытые неправедным путём. А как быть с благотворительностью, которая служит для многих источником отмывания криминальных денег? Может, в таком случае мы достойны всех тех страданий, что сваливаются нам на голову?
- Хотите сказать, что мы должны упасть ниц, надеть балахоны и массово уйти в лоно церкви? Кстати, а откуда вы знаете о нашем разговоре с другом?
- Я говорю лишь о том, что знаю. Давным-давно все мы были великими существами, намного превосходившими привычное понимание слова “Бог”. Всемогущество африканских идолов или древнегреческих олимпийцев - ничто по сравнению с теми способностями, что мы потеряли.
- Это вы сами придумали?
- Читал в одной умной книге, кстати, могу дать почитать. Только учти, многое из этого тебе не понравится. Правда глаза колет, - старик тут же протянул увесистый кирпич с золотым тиснением.
Коля шмыгнул носом и уставился на нашего героя. Тот недоверчиво покачал головой и усмехнулся:
- А больше он тебе ничего не дал? Может, динамитную шашку или портупею Буденного? Всё-таки не стоит увлекаться в своих творческих начинаниях, а то можно дойти до марсиан и теории всемирного заговора.
- Если не веришь, то сходи к нему сам, - обиделся друг.
- И как ты себе это представляешь?
- Если он увидит тебя, то сразу всё поймёт. Поверь, этот человек знает всё о нас, вот в чём парадокс.
Ваня ещё некоторое время пытался убедить парня, что тот бредит, однако пойти в гости к старику всё же пришлось. Взяв в руки рекламный листок стирального порошка, молодой человек позвонил в дверь.
- Ванюша, ты? - раздалось по ту сторону.
- Ничего удивительного, у деда есть внук, сын или просто знакомый с таким же именем, - решил наш герой.
Вскоре ему пришлось убедиться, что старик действительно не такой, как все. Мало того, что он ежеминутно цитировал классиков, так ещё и стал рассказывать обо всех забавных моментах в жизни нашего героя.
- Чекист, - понимающе улыбнулся Ваня.
- Фома неверующий, - обречённо вздохнул пожилой человек, но всё же стал рассказывать гостю свою дивную историю.
- То есть, по-вашему, получается, что деградация существует на протяжении стольких лет, а мы даже не заметили. Никто даже не задумался, почему же Александру Македонскому в неполные 33 года удалось захватить столько, сколько не смог больше никто. Ни Наполеон, ни Гитлер при всём старании не смогли достигнуть таких вершин.
- И если честно, никто и никогда не сможет повторить этого, - кивнул головой старик.
- Бред всё это! Да, римляне создали свод законов задолго до нашей эры, но тогда всё равно не было тостеров, телевизоров и компьютеров, поэтому в техническом плане мы впереди планеты всей.
- Глупец! Хитроумными агрегатами мы пытаемся заменить то, что раньше было в самой нашей сущности. Да я в лучшие свои годы мог взглядом испепелить стену, одним лишь прикосновением пальца убить многоглавую гидру и утопить в слюне Геракла.
- Ну, вот только не надо завираться! Между прочим, греческая мифология умалчивает о данном факте, ровно, как и о странном хвастуне, который сидит передо мной.
- Ах, так? Смотри, - собеседник взмахнул сухенькой рукой.
Тут же некогда пыльный ковёр советских времён превратился в плазменную панель широкого размаха. Изображение с калейдоскопической быстротой стало меняться, однако наш герой успел узреть эмблемы некоторых каналов, которые никогда прежде не видел.
- Странно, вроде то же кабельное, а станций значительно больше. Этот агрегат соорудили спецслужбы? Там, наверное, встроенный ТВ-тюнер, который принимает сигнал круче любой современной спутниковой тарелки. Эх, завидую я вам, чекистам! И людей пытали, и жили хорошо.
Старик вскипел. Он вскочил с места, стал нарезать круги по комнате и кричать:
- Мне пришлось испытать на себе негативные последствия деградации. Простому смертному невозможно представить, как же это плохо, когда по прошествии многих лет с утра у тебя вдруг болит голова, ломит кости и тянет на солёненькое. Эх, а я ведь помню времена, когда был способен на завтрак захватить поселение, вырезать непослушных, а уже к ужину дать им хартию вольностей.
- И как же это вам удавалось? - недоверчиво спросил Ваня.
- Я начал эту жизнь пророком одной очень перспективной религии. Если быть откровенным, то я до сих пор злюсь на Иисуса, который чуть ли не полностью перенял мои идеи.
- Вот как? И кем же вы были?
- На Среднем Востоке в древние века была популярна такая религия как зороастрианство. Так вот я и был тем самым Заратустрой, владевшим умами всех Персии и окрестных деревень.
- Ну, Иран - это ещё не весь мир.
- Молодой человек, плохо, что система образования дала трещину, в противном случае я не услышал бы такой глупости. Персы в лучшие годы владели такими несметными богатствами, поработили столько народов, что нынешние диктаторы не смеют и мечтать.
- Извините, у нас в школе историю завуч вела. Так она или опаздывала на пол-урока, или вовсе не приходила, а потом передавала через старосту, какой параграф надо выучить. Зато у всех были только “четвёрки” и “пятёрки”.
Старик нисколько не обратил внимания на оправдание молодой человека:
- Шли годы, я же оставался бессмертным. Конечно, тяжело было смотреть на все изменения в худшую сторону, но настоящий ужас начался потом. Когда я почувствовал первые признаки неведомого до сих пор старения, в голову пришла страшная мысль о моей смертности. Но вскоре меня нашли другие вечные скитальцы, которые и поведали грустную историю. Оказывается, регресс человечества сказывается и на нас, но не в такой мере. Чтобы избежать такого результата, следует постоянно подтягивать простых смертных до нашего уровня. А это, признаться, не так-то просто.
- Замечательно! А при чём тут мы? Коля - человек доверчивый, можно сказать, экзальтированный, поэтому легко может оказаться марионеткой в чужих руках, но какой смысл возиться с бедным студентом? Я, конечно, значительно умнее друга, но не обладаю рычагами управления, - рассуждал вслух наш герой.
- Бессмертными не рождаются, ими становятся, притом далеко не герои, не накачанные атлеты и даже не сынки богатых родителей. Есть у вас с другом некий духовный стержень, который и проложит вам путь к вечной жизни. Но для этого вам надо…
- Пожертвовать энную сумму денег вашей секте, угадал?
Старик печально покачал головой:
- Твой цинизм и неверие когда-нибудь погубят тебя. Для обретения бессмертия вам надо отправиться в древность и перенести муки других великих людей. На какой-то миг может показаться, что смерть близка, но это лишь кажущееся чувство. Если пройдёте испытание, то вернётесь в это время обновлёнными людьми; если же нет, то забудете обо всём этом.
Ваня хотел возразить собеседнику, но вдруг ощутил на себе тяжёлое дыхание смерти. Он с трудом раскрыл глаза и обнаружил вокруг большое скопление людей.
- Сжечь ведьму! - кричали женщины неприятной наружности и показывали на него пальцем.
Наш герой удивлённо посмотрел на них, давая понять, что он-то уж точно не ведьма. К тому же, пальцем показывать неприлично, особенно на человека.
- Зачем шуметь? - пропел Ваня женским голосом.
Глаза стремглав опустились вниз: так и есть, полная грудь, длинные ножки.
- Выходит, старик действительно обладает какой-то потусторонней силой. Я оказался в ненужное время в ненужном месте, ведь во времена инквизиции завистницы могли запросто оклеветать девушку, которая превосходила их по красоте. Надо же, выходит, не так уж плохо я знаю историю, - подумал наш герой.
Он тщетно пытался убедить “грязных недотёп и прочих средневековых товарищей”, что сжигать человека нехорошо, но в результате лишь ускорил действие.
- Ух ты, шашлычком запахло, - потянул носом Ваня.
Но уже в следующую минуту ему было не до смеха, ибо он ощутил всю ту боль, что испытывали тысячи невинных агнцев, возложенных на костёр священной инквизиции.
- Аутодафе - это по-нашему, - отметил наш герой, открыв глаза.
Теперь действие происходило в антураже восточных цивилизаций. И если средневековый английский был хоть сколько-то понятен, то сообразить, что же бормочут басурманы, было невозможно.
- Руссо туристо, облик аморале, ферштейн? - Ваня предпринял робкую попытку.
Бородачи зашипели на него и стали тыкать то ли рогатинами, то ли алебардами. В любом случае, было невыносимо больно. Картины менялись удивительно быстро, отчего физическая боль притупилась. Порой молодой человек не мог даже сообразить, в каком веке он очутился, как казнь заканчивалась его смертью.
- Страдания тела - ничто, но что ты скажешь о смятениях души? - с небес раздался знакомый голос.
- А, это вы, товарищ чекист. Извините, что я подозревал вас в сношениях с силовиками. Разумеется, вы намного круче их, так как даже Берия не мог перемещаться во времени. Скажите, а когда будет конец? Признаться, мне почти уже не больно, лишь жаль тратить командировочные. Ведь, я так понимаю, за это путешествие кто-то платит, притом прилично?
- Не волнуйся, осталось последнее испытание, но самое важное. Ты должен сразиться с гладиатором, который является твоим самым лучшим другом.
- По сценарию? - уточнил Ваня.
- По жизни. Ты будешь драться не на жизнь, а насмерть с Колей. Кто из вас останется жив, тот и получит бессмертие.
- А проигравший?
- Умрёт, - сухо ответил старик.
- Только в этом мире? - с надеждой в голосе спросил молодой человек.
- В астральном плане. Это означает, что его не будет ни в каком времени. Смерть есть смерть.
- Но вы же говорили, что это всего лишь испытания, по окончании которых мы вернёмся домой.
- Но я же не уточнил, в каком именно состоянии вы вернётесь, - таковы были последние слова, прежде чем наш герой оказался на поле боя.
- Колян, это же я, Ванёк! Узнал? - приветственно помахал оружием парень.
- Узнал, а толку? Мне придётся убить тебя, чтобы стать бессмертным, в противном случае это сделаешь ты. На войне как на войне, ничего не поделаешь. Давай обойдёмся без сантиментов, пусть победит сильнейший, - слова друга, как острое лезвие ножа, резали сердце и душу Вани.
- Мы же можем просто сложить оружие, вернуться в наш мир и радоваться жизни. Вспомни наши обсуждения гегелевской диалектики, осуждение софистов, это же так здорово.
- Я не хочу провести в таком состоянии ещё хотя бы пять минут. Меня тошнит от этих дурацких бесед, которые интересны только нашему преподавателю философии и двум чудикам, которые стопроцентно не достигнут ничего в жизни. Став бессмертным, пусть даже не таким, как Заратустра, я сделаю этот мир лучше для себя. Для начала, конечно, изменю внешность, добавлю наличность в карманы и обзаведусь крутой тачкой. Ну, а там уж и девки подтянутся, - оскалился Коля и стал наносить серию ударов.
Наш герой ловко уходил в сторону, нисколько не пытаясь ранить противника. Но чем больше он пытался убедить себя во временном помешательстве друга, тем сильнее убеждался, что тот в настоящий момент находиться в самом трезвом рассудке.
- Но ведь бессмертие даётся только избранным, которые должны правильно им воспользоваться. Трудно быть богом, но всё же стоит попытаться, - твердил Ваня.
- Вот что ты скулишь? Если не хочешь умирать, так и скажи. Я, конечно, не пощажу тебя, слишком многое поставлено на карту, но могу пообещать, что твоя семья будет щедро одарена новым повелителем мира. Могу, кстати, в твою честь переименовать наш город, а столицей мира будет, ещё не решил, но что-то будет, - задумался Коля.
Молодой человек воспользовался моментом и нанёс, как ему показалось, коварный удар. Со слезами на глазах Ваня наблюдал за смертью друга, которые даже в последние секунды жизни продолжал делиться своими величественными планами.
- Молодец, ты прошёл испытание, став одним из нас, - похлопал его по плечу старик.
Парень вновь очутился в той же квартире с плазменной панелью вместо ковра. Хозяин щедро рассыпался в комплиментах, восхищаясь подлинностью дружбы:
- Не ожидал, что ты так сильно его любишь, в хорошем, конечно, смысле. Ну, отныне ты бессмертен, поэтому можешь идти домой и радоваться жизни. Только приготовься, что любимые тебе люди будут умирать и умирать. Такова наша участь. И ещё одно. Если деградация людей будет продолжаться такими же темпами, но вскоре и мы станет олигофренами, сидящими на бразильских сериалах. Так что, в твоих интересах сделать этот мир лучше.
- А как же Коля, что сказать его родителям? - плаксиво спросил наш герой.
- Успокойся, вслед за физическими испытаниями шёл исключительно психологический трюк, который, к сожалению, многие не могут преодолеть. Как и твой друг, они начинают страстно мечтать о личной выгоде, чем сводят на нет все свои благородные порывы. Он уже ничего не помнит: ни бой, ни свои испытания, ни ту книгу, что я ему дал. Словом, всё вернулось на круги своя. Лишь ты знаешь, что произошло в этот день. Кстати, меня можешь не искать: свою миссию в этом городе я выполнил, поэтому завтра же уезжаю в Бельгию, там просматривается сразу несколько перспективных личностей.
- А можно один вопрос напоследок?
- Конечно, теперь мы с тобой, можно сказать, коллеги. И я, как старший товарищ, с удовольствием помогу тебе советом, - улыбнулся старик.
- Получается, что мы, бессмертные, живём вечно. Стало быть, и дряхлеть не должны, но вы, извините, выглядите не очень-то молодо. Понимаю, что вам много-много веков, но неужели нельзя оставаться вечно молодым и красивым?
- Пожалуйста, - пожал плечами собеседник.
Некогда тощие руки теперь обросли мясом, торс значительно окреп, лицо же заиграло не лучинами морщин, а бронзовым загаром отчаянного курортника.
- Вот это другое дело, - усмехнулся наш герой и пошёл домой.
Как всегда, его ждала философская беседа с другом.
- Скажи, а тебе не надоели эти наши каждодневные разговоры о древних греках и полоумных немцах, которые только и делали, что придумывали сложносочиненные термины для несчастных студентов? - честно спросил Ваня, памятуя о словах друга в ином времени.
- Нет, что ты, это же так развивает интеллект, - присвистнул тот.
- Теперь понятно, почему именно я стал бессмертным. Казалось бы, мы друзья, а он даже в таком пустяковом деле не может сказать правду. И это человек хотел стать повелителем мира, мама дорогая, - подумал Ваня.
- Несчастный молодой человек, он ведь даже не представляет, что впереди его ждут сотни и тысячи таких лживых людей, - пискнула муха, в которой никто не узнал бы старика-волшебника.

Комментариев нет

Комментариев пока нет.

Оставить комментарий

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.